— Я желаю говорить с ним наедине.

Арес лишь пожал плечами, словно говоря: «Твои правила — твои решения». Его глаза на мгновение задержались на её лице — в них читалась смесь уважения и лёгкой тревоги. Аполло молча протянул ей контракт, слегка коснувшись пальцами её ладони в молчаливой поддержке. Тепло его руки на секунду согрело её, и Елена кивнула, открывая дверь.

В комнате царил полумрак, рассекаемый яркими лучами дневного света, пробивающимися сквозь неплотно задёрнутые шторы. Кингстон сидел в кресле, рассеянно щёлкая пультом. При её появлении он резко вскочил на ноги, выключил телевизор и выпрямился во весь рост. В этом естественном освещении Райн выглядел ещё более впечатляюще, чем она помнила по сумрачному подземелью.

Его рост — около шести футов трёх дюймов — подчёркивал ширину плеч и благородную линию спины. Ярко-оранжевые волосы, будто пламя, бросались в глаза, создавая поразительный контраст со светлой кожей. В его чертах читалась дикая, необузданная красота — сочетание силы и изящества, присущее только оборотням. Резкие скулы, прямой нос, чувственные губы и пронзительные глаза цвета лесного мёда создавали портрет, от которого трудно было оторвать взгляд.

— Давай познакомимся ещё раз. На этот раз при свете, — Елена нервно усмехнулась, протягивая руку. Её ладонь слегка дрожала, но она постаралась скрыть волнение. — Елена Сильверин Куинн, адвокат.

— Райн Кингстон, охранник, — обескураженный оборотень деликатно пожал её ладонь. Его пальцы были тёплыми, сильными, но прикосновение — осторожным, почти робким, словно он боялся причинить ей дискомфорт. Он исподволь оглядел спасительницу: от аккуратной причёски, уложенной в элегантную причёску, до кончиков лакированных туфель. В его взгляде сквозило восхищение, смешанное с недоверием — будто он всё ещё не мог поверить, что эта женщина перед ним реальна.

— Как уже было сказано в подземелье похитителей, я предлагаю тебе работу. Вот, ознакомься с контрактом, — она протянула ему бумаги и ручку, затем присела в кресло, скрестив ноги. Ткань юбки мягко облегала бёдра, а солнечный свет, падающий из окна, играл в её волосах, превращая их в поток расплавленного золота. В голове уже зрел чёткий план: она оставит этого кота себе. Слишком уж он ей понравился — не только внешностью, но и внутренним стержнем, который она разглядела даже в тех кошмарных условиях.

— Онса, твоё предложение очень заманчивое, но я должен сперва поговорить с королевой, — Райн рассеянно теребил контракт. Его взгляд метался между бумагами и её лицом, словно он пытался найти ответ в её глазах. В его позе читалась внутренняя борьба: ему явно хотелось остаться, но он не знал, интересует ли он её теперь, когда вокруг столько мужчин оказывают ей знаки внимания и уважения. В уголках его глаз затаилась тень неуверенности.