— Выносите оба, — приказала Елена, её голос прозвучал как удар хлыста — коротко, чётко, без тени сомнения. — Элеонора заберёт всё. Не так ли? — Она повернула голову к девушке, и её взгляд, холодный и пронзительный, словно прожёг насквозь тонкую ткань розового платья.

Элеонора вздрогнула, но тут же взяла себя в руки. Её пальцы сжали край юбки, а на лице мелькнула тень неуверенности, быстро сменившаяся маской безразличия.

— Всё верно, мы заберём оба тела, — быстро ответила она, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. Но в нём всё же проскользнула нотка напряжения — будто она сама не до конца верила в то, что говорила.

Оборотни вернулись через несколько минут. В их руках — один ящик, длинный и массивный, скованный ржавыми цепями, другой — свёрток, укутанный в целлофан, словно мумия из забытого склепа. Скрипнула дверь пикапа, затем глухой стук — ящики заняли своё место в кузове.

Элеонора сделала шаг вперёд, её пальцы дрогнули, будто она хотела прикоснуться к одному из свёртков, но тут же отдёрнула руку. Она бросила короткий взгляд на Елену — в нём читалось что-то неуловимое: то ли благодарность, то ли скрытая угроза. Затем развернулась и села в машину. Двигатель взревел, фары вспыхнули, и пикап медленно тронулся с места, растворяясь в ночной тьме.

Елена постояла ещё мгновение, глядя вслед удаляющемуся автомобилю. Ветер подхватил её волосы, играя ими, словно пытаясь унести прочь тревоги и сомнения. Она глубоко вдохнула прохладный ночной воздух, чувствуя, как напряжение постепенно покидает тело.

— Пора и им по домам, — произнесла Елена, оглядывая затихший двор. Лунный свет серебрил контуры дома, превращая привычные очертания в загадочные силуэты. Ветер шелестел листвой, будто перешёптываясь с темнотой, а где-то вдали раздавался одинокий лай собаки — последний привет уходящего дня.

— Боб, ты тоже свободен. Завтра у тебя выходной. Заслужил, — добавила она, поворачиваясь к Рэнкину. В её голосе прозвучала редкая нотка теплоты — не приказ, а искренняя признательность.

Рэнкин слегка склонил голову, и в тусклом свете фонаря его глаза блеснули. На лице появилась улыбка — не широкая, но настоящая, с оттенком облегчения и гордости.

— Спасибо, босс, — ответил он, и в этих простых словах прозвучало больше, чем просто благодарность. В них читалась верность, уважение и молчаливое обещание: «Я не подведу».

Елена кивнула, её взгляд задержался на нём на секунду дольше, чем обычно. Она хотела добавить что-то ещё, но передумала. Слова были излишни.

Она села в машину, Арес устроился рядом. Салон наполнил приглушённый свет приборной панели, отбрасывая на их лица причудливые тени. Двигатель тихо заурчал, и машина плавно тронулась с места.