Домой она попала лишь к полудню — солнце уже пекло сквозь лобовое стекло, а в висках стучала усталость после бессонной ночи.

Дома она наскоро позавтракала с Райном — он молча поставил перед ней чашку крепкого кофе и тосты с джемом, зная, что слова сейчас излишни. Елена спустилась в подвал, разгрузила оружие, проверила замки арсенала, а потом, не раздеваясь, рухнула на кровать. Сон накрыл её, как тяжёлое одеяло: без сновидений, без времени.

В «Рыжей кошке»

Проснулась она лишь к вечеру — тело ныло, но разум был ясен. Душ смыл остатки пыли и пота, а свежая одежда вернула ощущение контроля.

— Мы едем обедать, — объявила она Райну, застёгивая куртку. — В одно премилое местечко.

Через час они входили в «Рыжую кошку». Бар гудел, как улей: вер-леопарды в переговаривались у стойки, звенели стаканы, кто-то хрипло смеялся. Воздух был пропитан запахом жареного мяса, пива и звериного пота.

Посетители заметили Елену сразу. Взгляды скрестились на ней — настороженные, колючие, но без открытой агрессии. Никто не рыкнул, не двинулся с места — лишь перешёптывания стали чуть громче.

Парс-Малик Эванс, хозяин заведения, вышел из-за стойки с улыбкой, в которой смешивались вежливость и напряжение.

— Онса, рад видеть. Прошу, — он провёл их к столику у служебного входа, подальше от любопытных глаз.

Рэд Толли, юркий вер-леопард с рыжей чёлкой, тут же принёс напитки — тёмное пиво для Райна, травяной чай для Елены — и принял заказ.

— Онса, наш пард сожалеет о вчерашнем происшествии с твоим сыном, — начал Эванс, когда все расселись. Его длинные пальцы постукивали по столу в нехарактерном для него ритме — признак беспокойства.

Рэд поставил тарелки с дымящимся рагу и тоже присел, не дожидаясь приглашения.

— Я не держу зла на вер-леопардов, Тед, — Елена говорила спокойно, но её глаза сканировали лица собеседников. — Я понимаю, что вы, как подвластные звери, не могли отказать мастеру города и его чфамильяру. Мне жаль, что пришлось сражаться с вер-леопардами — со многими из них у меня деловые или дружеские отношения. Как много твоих людей пострадало?

В этот момент за соседним столиком оживились Нил и Эдит — оба вер-леопарда, с которыми Елена когда-то делила разведданные. Они помахали ей, и она ответила коротким взмахом руки.

— Десять раненых обычными свинцовыми пулями, шестеро пострадали от когтей тигра, четверо — от твоих серебряных когтей. Ни одного убитого. Многие уже выздоровели, — Эванс говорил ровно, но в голосе звучала нотка гордости за стойкость своих. — Спасибо, что не использовала серебряные пули.