Зал мгновенно наполнился шёпотом и движением. Люди переговаривались, вставали, собирали вещи — всё это сопровождалось тихим гулом недоумения и облегчения. Елена выдохнула, но её лицо оставалось непроницаемым. Лишь в уголках глаз мелькнула тень усталости — как у воина после битвы.

Она повернулась к своему клиенту. Мистер Бейлис сидел, широко раскрыв глаза, не веря в происходящее. Его губы дрожали, а руки сжимали край стула так крепко, что пальцы побелели. На лице читалась смесь шока, облегчения и невысказанной благодарности — словно он всё ещё боялся, что реальность рассыплется, как хрупкий сон. Призрачный тигр над его головой, до этого напряжённо выгнувший спину, теперь медленно улёгся, расслабил лапы и даже слегка потянулся, будто сбрасывая груз многодневного напряжения. Его полупрозрачная шерсть чуть мерцала в тусклом свете зала, а янтарные глаза наконец-то утратили настороженный блеск.

— Мистер Бейлис, вы свободны, — произнесла она спокойно, но в её голосе звучала скрытая гордость за проделанную работу. Каждое слово было пропитано уверенностью — не в себе, а в справедливости, которую она только что отстояла. Её тон оставался сдержанным, но в глазах мелькнул тёплый отблеск удовлетворения, мгновенно погасший, словно она намеренно спрятала эмоцию за привычной профессиональной маской.

— Спасибо, миссис Куинн, вы действительно сделали всё, что возможно, — Стивен Бейлис с чувством пожал адвокату руку. Его ладонь была холодной и слегка влажной, но хватка — крепкой, почти отчаянной. В голосе дрожали неподдельные эмоции: — Я… я не знаю, как вас отблагодарить. Вы вернули мне жизнь.

Он произнёс это тихо, почти шёпотом, но в зале, уже наполнившемся шёпотом и движением, эти слова прозвучали отчётливо, будто были адресованы не только ей, но и всему миру, наблюдавшему за его падением и воскрешением.

Елена слегка кивнула, принимая его слова без пафоса, но с достоинством. Её взгляд на мгновение задержался на призрачном тигре — тот зевнул, показав полупрозрачные клыки, и свернулся клубочком, явно собираясь отдохнуть после долгого бдения.

— Мистер Бейлис, я жду вас в своём офисе в три часа для оплаты моих услуг, — сказала она ровным, деловым тоном, мгновенно возвращая разговор в прагматичное русло. В её голосе не было ни тени упрёка, лишь чёткая констатация факта: правосудие имеет свою цену, и она её заслужила.

Она не стала ждать ответных слов или излияний чувств — знала, что сейчас они лишь помешают. Не дожидаясь ответа, Елена поманила охранника — тот молча шагнул вперёд, образуя живой щит между ней и толпой, уже начавшей стягиваться к освобождённому подсудимому. Журналисты с камерами, любопытные зрители, возможно, даже родственники потерпевшей — все они тянулись к Бейлису, словно магнитом притянутые его внезапным освобождением. Стивен Бейлис всё ещё сидел, сжимая в руках копию решения суда, словно пытаясь убедиться, что это не сон. Призрачный тигр над ним сладко потянулся и растворился в воздухе — теперь ему можно было отдохнуть.