Она двинулась к выходу с той же невозмутимой грацией, с какой вошла в зал несколько часов назад: спина прямая, взгляд устремлён вперёд, ни одного лишнего движения. Её чёрное платье струилось за спиной, словно тень, повторяющая каждый шаг.

В коридоре её нагнал прокурор — шаги звучали резко, почти агрессивно, словно каждый удар каблука должен был подчеркнуть его возмущение. Аполло, идущий чуть позади Елены, мгновенно насторожился: плечи напряглись, взгляд скользнул по фигуре приближающегося Адамса, а пальцы едва заметно сжались в кулаки. Не говоря ни слова, он шагнул ближе к начальнице, превращаясь в молчаливую, но внушительную преграду.

— Вам это с рук не сойдёт, миссис Куинн! — голос прокурора звенел от сдерживаемой ярости. Он остановился в шаге от неё, дыша тяжело, будто только что пробежал дистанцию. — Я когда-нибудь вытащу на свет ваши грязные делишки. Адвокат не может настолько успешно выигрывать дела на протяжении десяти лет и ни разу не нарушить закон!

Его глаза пылали негодованием, а на виске пульсировала тонкая жилка. Он явно наслаждался моментом — представлял, как его слова ранят, заставляют вздрогнуть, выбивают из равновесия.

— Может, если это хороший адвокат, — спокойно возразила Елена. Её голос звучал ровно, почти равнодушно, но в глазах мелькнул холодный огонёк. Она даже не повернулась к нему полностью — лишь слегка повернула голову, словно разговаривала с кем-то малозначительным.

— С этого момента я буду следить за вашей карьерой! — Адамс сделал шаг вперёд, нависая над ней, пытаясь подавить своим ростом и напором. — И когда вы оступитесь, я лишу вас адвокатской лицензии!

Его лицо было в считаных сантиметрах от её, дыхание касалось щеки, но Елена даже не моргнула. Она стояла неподвижно, словно высеченная из мрамора, лишь пальцы слегка сжали ремешок сумки — едва заметный признак того, что внутри неё тоже бушевала буря.

— Смените тон, мистер, когда говорите с леди, — голос Аполло прозвучал низко, почти угрожающе. Он шагнул вперёд, закрывая Елену своей широкой фигурой. Его поза была спокойной, но в каждом движении читалась скрытая сила — как у зверя, готового броситься в атаку.

Призрачная полосатая гиена над его головой подняла гребень и оскалилась. Её полупрозрачные клыки сверкнули в полумраке коридора, а глаза, жёлтые и круглые, уставились на прокурора с нескрываемой угрозой. Гиена прижала уши к голове, медленно раскачиваясь из стороны в сторону, будто примериваясь к прыжку. Воздух вокруг охранника словно сгустился, наполнившись едва уловимым мускусным запахом — следом её присутствия.