Адамс невольно отступил на шаг. Его рука дрогнула, потянувшись к галстуку — будто это движение могло вернуть ему самообладание. Он пытался сохранить лицо, но в глазах мелькнуло что-то новое: не просто раздражение, а осторожное осознание, что перешёл черту.

Елена даже не вздрогнула. Она наблюдала за этой молчаливой схваткой — между человеком и его призрачным двойником, между словами и невысказанными угрозами — с холодным интересом учёного, изучающего редкий вид. Её губы тронула едва заметная усмешка, но она тут же спрятала её за маской безразличия.

— У вас галстук сбился, советник, — произнесла она с ледяной вежливостью, которая резала острее любого оскорбления. — Мистер Аполло, следуйте за мной.

Не дожидаясь реакции, она обошла прокурора, совершенно игнорируя его угрожающую позу. Движение было плавным, но чётким — как лезвие, рассекающее воздух. Её шаги звучали ровно и твёрдо. Аполло задержался на мгновение — достаточно, чтобы Адамс успел ощутить на себе тяжёлый взгляд гиены, её немигающий, пронизывающий взор. Затем охранник последовал за Еленой. Призрачная тварь растворилась в воздухе, оставив после себя лишь слабый запах дикой природы.

Прокурор остался стоять в коридоре — один, среди теней и эха их шагов. Его галстук действительно сбился, а в груди всё ещё стучало сердце, будто пытаясь доказать: он жив, он цел, но только что потерял что-то важное — возможно, часть своей самоуверенности.

За окном суда солнце клонилось к закату, бросая длинные тени на асфальт. Где-то вдали гудели машины, смеялись люди, жизнь шла своим чередом — но для Адамса этот момент застыл в памяти, как кадр из фильма, где он, главный герой, вдруг оказался не на той стороне.

***

Обратно в офис машину снова вёл Аполло. Город застыл в январской стуже: тротуары укрыты рыхлым снегом, на крышах нависли тяжёлые белые шапки, а голые ветви деревьев изредка постукивали друг о друга под порывами ледяного ветра. В салоне же царила уютная тишина, согретая тёплым дыханием печки, — здесь пахло кожей сидений и едва уловимой ноткой мужского парфюма.

— Спасибо, Аполло. Мне, конечно, не угрожала опасность, но всегда приятно, когда вступаются за твою честь, — поблагодарила защитника Елена, слегка повернув голову. В её глазах мелькнула искренняя теплота, но тут же скрылась за привычной маской хладнокровия. — Кроме того, ты, похоже, произвёл впечатление на нового прокурора.

— Всегда к вашим услугам, Ферис, — склонил голову Аполло, не отрывая взгляда от дороги. Его руки уверенно лежали на руле, движения были плавными, отточенными — словно он управлял не машиной, а сложным механизмом, где каждый элемент должен работать безупречно.