— Кто же будет твоим нижним? Может быть, Аполло? — с усмешкой спросил Арес, переводя взгляд на охранника.

— Если Ферис того пожелает, — спокойно произнёс Аполло, глядя прямо в глаза владелице клуба.

Елена с удивлением воззрилась на него. На лице охранника не было ни тени протеста — лишь готовность подчиниться воле своей Ферис.

— Ферис? Ты называешь Онсу Ферис? — брови Арахны приподнялись в изумлении.

— Онса — не только мой работодатель, но и мой Фирес, — твёрдо ответил Аполло.

В этот момент из-за одного из столиков поднялся блондин-вервольф. Его движения были плавными, почти текучими — словно хищник, привыкший рассчитывать каждый шаг. Он подошёл к группе и вежливо склонил голову, но в его позе читалась не покорность, а сдержанная сила.

— Добрый день. Я случайно услышал ваш разговор. Моя Ильва, я прошу о чести послужить тебе в качестве нижнего, — произнёс он с почтительным поклоном, но взгляд его оставался прямым, открытым, будто он сознательно демонстрировал готовность принять любые условия.

Елена окинула его оценивающим взглядом. Над головой парня кружил призрачный образ знакомого белого волка. Того самого, что дерзнул бросить ей вызов на выборах Ильвы. Стройный, подтянутый, с рельефными мышцами, проступающими под тонкой тканью рубашки. Но главное — глаза: в них горела не просто заинтересованность, а осознанная, почти дерзкая готовность. Это не был взгляд жертвы — скорее воина, добровольно отдающего себя в руки мастера.

— Я оказываю тебе эту честь. Блондин будет сегодня моим нижним, — ответила она холодно, но в голосе прозвучала нотка удовлетворения. В нём проскользнуло что-то вроде одобрения: перед ней стоял не просто доброволец, а человек, понимающий цену своих слов.

— Отлично. Ваша комната — № 9 по правой лестнице. Приятной игры, — Арес протянул Елене ключ. Его пальцы, крупные и сильные, на мгновение соприкоснулись с её тонкими, холодными пальцами.

Между ними проскочила искра — едва уловимая, но ощутимая, как статический разряд в сухом воздухе. Глаза встретились: зрачки Ареса расширились от удивления, а его голубые глаза постепенно потемнели до орехового оттенка, словно в них отразилась скрытая глубина. Елена тут же убрала руку, не проронив больше ни слова, и направилась к лестнице. Её походка была ровной, почти механической — каждый шаг выверен, каждое движение подчинено внутренней дисциплине.

Вервольф последовал за ней, держась на шаг позади. Его тень скользила по полированному мраморному полу, повторяя контуры её силуэта.

Поднявшись на нужный этаж, Елена подошла к последней двери в конце коридора и отперла её. Дверь открылась с тихим скрипом, впуская в комнату приглушённый свет из коридора. Войдя внутрь, она обернулась к своему спутнику.