Я его не слушал — револьвер дернули еще три хлопка выстрелов. Словно учуяв наше отчаяние, Нэя решила быть щедрее. Каждый щелчок отнимал ее здоровье гигантскими кусищами. Но если до того она несмело огрызалась точечными выстрелами, то сейчас со ствола сорвалась вся мощь солнца!

Я и не знал, что она так умеет. Руки обожгло жаром, броневик же встретил ее старания взрывами. Первое попадание вгрызлось прямо под чарунический щит, врезалось в капот — Костедав подбросило, швырнуло наземь. Броневик едва не перевернулся, лишь чудом удержавшись на дороге. К былой уверенности прибавилось беспокойство — никто из сидящих внутри не планировал умирать. Водитель резко выкрутил руль, вдавив педаль тормоза, наращивая меж нами разрыв — два моих последующих выстрела ушли в молоко.

Земля вздыбилась, комья земли беспощадно заколотили по крыше. Я оглянулся лишь на миг — спасение было поблизости. Поселок, казавшийся бесконечно далеким, готов был принять нас в свои объятия. Чувства, парящие в ночном полумраке, беспощадными плетьми колотили воздух, но сторонились нас, не даваясь в руки — а то мало ли, вдруг мы из них какой сумбур соберем?

Мы соберем, пообещал им я.

Нэя вылезла прямо из ствола — разом ставшая беззащитной кроха едва держалась и жаждала отдыха. Еще один такой выстрел, тут же пронеслось у меня в голове, и она отправится на перерождение как там, в «Сплюше».

Пусть отдыхает и копит силы, решил я, теперь-то уж мы справимся и без нее.

Деревня встретила нас цветущим крестьянским духом. Едва мы проскочили мимо ближайшего забора, как я почуял клубящуюся здесь силу.

Для Лиллит я сейчас смотрелся смешно и страшно — в каком-то безумном угаре тянул руки, хватался за воздух, сжимая его на уровне груди.

Сидящим в броневике мерзавцам надоела наша маленькая игра. Устав от моих неловких фокусов, они вдавили педаль газа. Рычащий монстр, быстро набирая скорость и сокращая разрыв, несся на нас в убийственном раже. Лиллит силилась не смотреть в стекло — меньше всего ей хотелось видеть неумолимость мчащейся на нас погибели.

Я потянул за нить недавно родившегося раздражения — мрак, тотчас же окунувший меня в кокон, через мгновение выплюнул за пределами автомобиля. Только бы, умолял я самого себя, не промахнуться. Вот же ведь будет обидно шлепнуться о капот, удариться подбородком и соскользнуть под готовые перемолоть меня в кашу колеса.

Не промахнулся.

Словно Конан-варвар в размахе мести, я занес над головой импровизированную дубину.

Сумбур врезался в чародейскую, проверенную мной броню. За толстым пуленепробиваемым стеклом я сумел различить лишь очертания удивленного лица — после иных выходок они никак не ожидали, что я собственной персоной пойду в атаку, да еще и в рукопашную. Водитель втопил педаль тормоза скорее по привычке, нежели в ужасе — броневик вильнул, теряя управление.