Глава. 8.Морские сокровища.
Первая картина понравилась Грете. Она долго вертела её в руках, щурилась, нюхала даже зачем-то, а потом сказала: — Беру. Ставлю в свою лавку. Продам — половина тебе. Я согласилась. Через три дня картина ушла. Купил какой-то купец для жены. Грета дала мне деньги, и я сразу купила ещё клея и забрала с лесопилки новую партию дощечек. Дело завертелось. Я делала картины одну за другой. Маленькие, с ракушками и водорослями, с морскими пейзажами, с маяками — Грета подсказала, что маяки хорошо берут. Потом придумала делать фигурки: ракушки, склеенные в форме рыбок и морских звёзд. Потом — кулончики: маленькие ракушки на нитке, покрытые лаком. Потом — надписи на дощечках: «Порт Аш-Нарай», «Город у моря», «Счастливого плавания». Моряки такое любили. Лавка Греты стала походить на маленький музей. Она ворчала, что я заняла половину её прилавка, но деньги капали, и она больше не спорила. Через неделю к делу подключились мальчишки. --- Это случилось вечером. Я сидела за столом и приклеивала ракушки к новой дощечке, когда Ники подошёл и встал рядом. Просто стоял и смотрел. Я не прогоняла. — Это что? — спросил он наконец. — Картина. Продам — будут деньги. — Много? — Пока немного. Но будет больше. Ники помолчал, ковыряя ногтем край стола. — А я могу помочь? Я подняла голову и посмотрела на него. Он стоял, насупившись, но в глазах горело любопытство. Настоящее, мальчишеское. — Можешь, — сказала я. — Ракушки на берегу собирать. Камушки. Водоросли сушить. Чем больше материала — тем больше картин. — А платить будешь? — Буду. Маленькую долю с каждой картины. Или сладости — сама куплю на рынке. Ники подумал и кивнул. — Ладно. Завтра пойду на берег. Лаэрт ничего не сказал, но на следующее утро, когда Ники натягивал сапоги, он тоже встал и молча пошёл к двери. Я сделала вид, что не заметила. Но когда вечером они вернулись с полными карманами ракушек и мокрыми ногами, я поняла: дело сдвинулось.С тех пор они ходили на берег почти каждый день. Приносили ракушки, камушки, обкатанные морем стёкла, обрывки старых сетей, которые я использовала как фон. Ники быстро научился сортировать материал по цвету и размеру. Лаэрт, к моему удивлению, оказался аккуратнее и терпеливее — я доверила ему покрывать готовые картины лаком. Они больше не называли меня дурой. Пока. --- Через две недели в лавку зашёл он. Я как раз принесла Грете новую партию — маяки, кулончики, три картины с морскими пейзажами — и раскладывала их на прилавке, когда дверь открылась и вошёл мужчина. Высокий, в тёмном плаще. Я сразу