— Его нужно замесить, — сказал Рыжий, держась на почтительном расстоянии.
Дрова в печи уже потрескивали. Мякоть оказалась похожа на тесто. Лера тщательно вымыла руки и погрузила их в тыкву. Тесто месилось легко, и мякоть все больше приобретала однородную структуру, но вымешивать пришлось долго. Тесто нужно было оставить прямо в кожуре, а сверху нарезать фиолетовых плодов.
Лера промыла их, нарезала пластинами и уложила сверху. А уже после прикрыла листом лопуха.
— Когда огонь спадет, нужно будет поставить его внутрь, — Рыжий кивнул на печь. — А пока давай я с тебя мерки сниму.
Он обошелся без сантиметра, просто взял длинную крапивную нить. Халат пришлось снять и встать в той части дома, где было светлее всего. Рыжий приложил нитку от шеи до локтя, потом от локтя до запястья. Затем обошел ее со спины и Лера почувствовала, как чуть прикоснулся сначала к одному плечу, потом к другому. Все свои измерения он отмечал узелками. Работал он сосредоточенно, отметил обхват груди, бедер и что-то довольно промурлыкал. Иногда он мягко просил ее повернуться, поднять руку.
Закончив работу, Рыжий раскинул полотно на столе и стал что-то быстро намечать угольком. Наметки ложились ровно и уверенно.
— Ты умеешь шить? — удивилась Лера.
— Умею, — кивнул он, — в лесу одежда не растет.
Он подхватил ножницы и принялась резать ткань. Его уши чуть заметно подрагивали, ловя звуки. Она смотрела, как кот кроит ей будущее платье и удивлялась своему спокойствию. Рыжий принюхивался и прислушивался к чему-то.
— Печь готова, — сообщил он.
Лера отправилась к ней и поставила будущий пирог внутрь с помощью прихвата. Видимо, широкая дверца здесь была как раз для этих целей. Большой лист закрывал верх, а снизу пирог защищала толстая шкурка.
Рыжий закончил работу, сделал шаг назад и полюбовался на дело рук своих.
— Можно шить, — сказал он.
Шить предстояло самой Лере. Нитки из все той же крапивы, а игла из местных запасов. Сначала только наметать.
— А я займусь обувью, — добавил кот, подхватил свой мешочек, с которым пришел из леса, и перевернул его.
На пол высыпалась охапка чего-то длинного и извилистого, похожего на ленты. Это оказалась кора какого-то дерева из леса и содрана она была, судя по виду, с помощью кошачьих когтей.
— Нужно снять мерку, — покосился он на ее тапки.
Лера невольно поджала ноги. Все же не до педикюра ей здесь было.
— Тридцать седьмой, — пробормотала она.
Но мерки снять все же пришлось. Потом она села на лавку и принялась наметывать ткань. Рыжий разместился у самой печки, на табурете возле окна, и принялся, помурлыкивая, плести обувь. Дело это было кропотливое.