— Готово, — сказал кактус и одновременно пар из миски идти перестал. — Теперь набери вон той лопаткой слева от миски и нанести на рану на ноге. Руками не касайся!
Пальцы уже едва двигались, в глазах потемнело. Кактус, словно почувствовав, засиял из всех сил. Лера нанесла мазь на рану, и лопатка выпала у нее из рук и шлепнулась на пол. А она сама положила руки на стол, упала на них головой и провалилась то ли в сон, то ли в беспамятство.
— Лера! — ее разбудил осторожный голос Рыжего.
Она подняла голову, и дремавший рядом кактус тоже встрепенулся. На улице вовсю светило солнце, заливая мастерскую, и в дверь заглядывал кот.
Нога больше не болела, голова была легкой и светлой. А вот кактус выглядел неважно, даже стал немного серым.
— Колючка, — позвала Лера.
Он открыл глаза, критически осмотрел ее с головы до ног и хмыкнул.
— Справилась, — изрек кактус.
— Спасибо, Колючка, — сказала она.
Он чуть заметно позеленел и повел иголками.
— Темно здесь, — проворчал сразу же. — Верни меня домой!
Дома Лера поставила его на стол, так, чтобы кактусу было светло, но не попадали прямые солнечные лучи, и немного смочила землю водой. Колючка ненадолго зажмурился, как от удовольствия, и снова открыл глаза:
— Ты есть готовить вообще собираешься? — ворчливо поинтересовался он.
— Жить будет, — усмехнулся Рыжий и принялся за печь.
— Конечно, буду! — возмутился кактус.
Пока Лера готовила обед и прибирала дома, Колючка задремал. Они старались не шуметь, даже поели с Рыжим на крыльце. И здесь было хорошо, солнце не попадало прямо и не жгло, а согревало. Поле сорняков стояло спокойное и зелено-пестрое. Они тихо болтали с котом и не видели, как кактус приоткрыл глаза и ревниво наблюдал за ними через распахнутую дверь. Но ночное свечение забрало у него много сил, и все-таки глаза Колючки закрылись, и он задремал до того, как Лера вернулась в дом.
Она проверила ту траву с «ладошками-кулачками» на кончиках, которую собрала раньше и разложила сушиться в кухонном шкафу. Трава высохла. Лера собрала ее и небольшими порциями перетерла в ступке. Оставалось завернуть в бумагу и перевязать нитью.
Из мастерской она принесла зелье в небольшом флаконе, которое приготовила из листьев «глазастика», выпаренных на медленном огне. Флакон, впрочем, принадлежал ведьме, но Рыжий заверил, что принесет взамен точно такой же, только пустой.
Лера проштудировала книгу, нашла точные названия этих растений и тщательно переписала. Бумажки с названиями она примотала крапивной нитью к свертку с порошком и флакону с зельем.
Они вышли на улицу. Рыжий взял все осторожно и бережно положил в карманы. Желтые глаза его поблескивали от удовольствия, он впервые самостоятельно шел торговать в другие миры.