В номере он первым делом окинул взглядом пространство — не как уставший путешественник, а как тот, кто ищет слабые места. Камера в коридоре висела на углу: её объектив уверенно держал входную дверь и часть коридора. Алор чуть склонил голову, прикидывая угол обзора, и быстро вычислил слепую зону — узкий проём между стеной и распределительным щитком.

Он не стал отключать камеру полностью — это сразу вызвало бы тревогу у службы безопасности. Вместо этого он достал компактный генератор помех, на пару минут создал лёгкий, но убедительный сбой: изображение на секунду поплыло, будто от скачка напряжения, а потом вернулось в норму. Достаточно, чтобы никто не заподозрил взлом, но достаточно, чтобы он мог спокойно пройти мимо, не оставляя чёткого следа.

С сумками в руках он двинулся по коридору, держась ближе к стене, и через несколько минут тихо постучал в дверь номера 1207.

Эля открыла почти сразу, будто ждала у двери. В её взгляде мелькнуло облегчение, тут же спрятанное за привычной собранностью.

— Проходи, — тихо сказала она, отступая в сторону и закрывая за ним дверь.

Алор поставил сумки на пол и начал доставать оборудование: переходники, тонкие кабели, похожие на серебристые нити, планшет с взломанным доступом к внутренним камерам станции.

— Я подключусь к внешним системам тех мест, где живёт Скорпион, и к тренировочным модулям, — тихо произнёс он, раскладывая всё на столе с той особой аккуратностью, которая появляется, когда от каждого движения зависит слишком многое. — У них хорошая защита, но не идеальная. Если держаться на границе протоколов, можно смотреть, не привлекая внимания.

Эля кивнула, не задавая лишних вопросов. Она знала: если Алор говорит, что сможет, значит, сможет.

Алор тем временем соединил кабели, вывел на планшет схему станции и начал искать нужные узлы. Его пальцы двигались быстро, но без суеты, будто он уже видел эту картину раньше и знал, где искать лазейки. Благодаря Рокко с его шпионскими программами он быстро подключился, ввёл нужные алгоритмы и настроился на все камеры, которые были необходимы.

Через несколько минут на экране появилась сетка внешних камер — дрожащая, с лёгкими помехами, но читаемая.

И они начали. Сменяя друг друга днём и ночью, они просматривали бесконечные кадры всех маршрутов, по которым мог пройти Скорпион. Глаза уставали от мелькания лиц, от одинаковых униформ, от бесконечных серых стен. Но они не останавливались. Каждая секунда могла стать решающей.

Через двое суток Алор снова отсутствовал, чтобы появиться на работе и не вызывать подозрений. Эля просматривала камеры, действуя так, как учили её Рокко и Алор.