Он достал несколько шерстяных одеял и подошёл ко мне. Я закуталась в них, но всё равно дрожала — от холода, от пережитого страха и напряжения. А больше всего — от того, как Демиан смотрел на меня, сдерживая глубоко внутри себя то, о чём не принято говорить вслух. Самое страшное, что мне хотелось, чтобы он выпустил своего внутреннего демона наружу.

— От стука твоих зубов стены трясутся, — усмехнулся он, садясь рядом. — Иди сюда.

Он притянул меня к себе по-хозяйски, и я уткнулась носом в его грудь. Он обнимал меня за плечи, а я вдыхала его запах — леса и дыма — и почувствовала такую сильную потребность ощутить его кожу на своей, что закружилась голова.

— Демиан… — начала я, не зная, как объяснить все эти чувства, что порхали у меня в животе.

Приподняв моё лицо за подбородок, он наклонился, касаясь своим дыханием моих губ.

— Можно мне поцеловать тебя? — спросил он с хрипотцой желания, такого же жгучего, как моё собственное.

Вместо ответа я сама притянула его к себе и поцеловала.

Это был наш первый поцелуй. Его губы были тёплыми и мягкими, но они сминали мои с такой силой, что я забыла, как дышать. Руки Демиана скользили по моей спине, его пальцы путались в моих волосах, пока он прижимал меня к себе так близко, что биение его сердца проникало в меня, подгоняя бег крови.

Я отвечала ему неумело, неопытно, но он не просил того, чего я не могла ему дать. Я провела руками по его груди, огладив твёрдые мышцы, и он застонал — низко, гортанно, и этот дикий звук отдался во мне дрожью.

— Я хочу тебя, — прошептал Демиан, отрываясь от моих губ, и его голос сорвался на хрип. — Хочу тебя так сильно, что это сводит меня с ума.

Щекотка пробежала внизу живота, и это новое ощущение пробудило во мне что-то незнакомое, необузданное. Я притянула его к себе за ворот и поцеловала снова — более жадно, более требовательно. Мои пальцы скользнули по его рубашке, расстёгивая пуговицы одну за другой. Я хотела чувствовать его кожу, его тепло, его силу.

Он помог мне, стянув с себя рубашку, и я замерла, глядя на него. В свете камина его тело казалось высеченным из мрамора — широкие плечи, рельефные мышцы, тёмные волосы, спускающиеся по груди. Этот мужчина прекрасен, и он — мой. От этого осознания улыбка невольно изогнула губы.

— Ты такая красивая, — прохрипел Демиан, и его руки потянулись к завязкам моего платья. — Я хочу видеть тебя всю.

Никогда прежде ни один мужчина не видел меня обнажённой. Но я без страха позволила Демиану расстегнуть платье. Ткань скользнула по моему телу, открывая кожу прохладному воздуху, но его руки тут же коснулись меня — горячие, уверенные, — и я забыла о холоде. Его пальцы блуждали по моим плечам, шее, ключицам, спускаясь ниже, к груди, и я застонала от того, как каждое его прикосновение заставляет моё тело выгибаться навстречу ему.