Я поднял правую руку призывая к тишине. Но нет, девушки не хотели молчать. Сьюзен продолжала упрекать сестру в легкомыслии.

— Шерил. — Я понизил голос, не вставая. — Знаешь, почему толстых танцовщиц не берут в стриптиз?

— Почему? — Шерил надула губки. Видно было, что она и пьяна, и ужасно довольна собой, и одновременно слегка обижена тем, что Сью её сюда привела, а еще ждёт реакции от меня.

— Потому что они перегибают палку!

Сью коротко хмыкнула. Шерил на секунду растерянно открыла рот — потом до неё дошло, и она рассмеялась громко, во весь голос, забыв о Сью, забыв о деньгах, забыв обо всём. Хохотала секунд пять секунд, потом фыркнула, утёрла глаза.

— Кит. Ты гадкий.

— Шерил. Я не гадкий. Я разговариваю с тобой как взрослый человек. Если ты будешь продолжать в том же духе — пить алкоголь уже с обеда, появляться у меня в спальне в комбинации, размахивая чужими деньгами — я тебя из Ловеласа выгоню. И ты отправишься обратно. Откуда ты там родом — Арканзас или Оклахома?

— Оклахома. — Шерил произнесла это с лёгкой обидой, но уже без хохота. — Тулса.

— Вот в Тулсу и отправишься. И будешь там подавать чай в местных кафешке. Если тебя ещё возьмут — я подозреваю, у вас там по местным понятиям бывшая зайка из Лос-Анджелеса не самый желаемый кадр.

Шерил надулась. Сью, я заметил, едва заметно мне кивнула — её взгляд означал «спасибо, что включился». Дернула сестру за руку, усадила мне на кровать.

В трубке шли гудки и я уже думал закончить звонок. Но почему-то продолжал держать трубку возле уха. Соскучился по Мэрилин?

— Кит, — Сью сама присела на край кровати. — Посоветуй, куда бы их деть. Ты же умный. Она же их сейчас в первом же магазине Беверли-Хиллз растратит на сумки и туфли.

В трубке наконец-то живой звук. Женский голос — тёплый, низкий, чуть запыхавшийся, с той самой узнаваемой интонацией, которую невозможно ни с кем перепутать:

— Алло!

— Это я, Мэрилин. Здравствуй.

— Ки-ит! Прости, прости, я только что вошла из съёмочной. У меня здесь шум, гримёр сейчас уйдёт, дай мне тридцать секунд.

Шум на линии — голоса, движение, дверь, опять тишина. Через сорок секунд:

— Всё, я одна. Привет, дорогой. Ходят слухи, что ты в Аспене?

Зайки с интересом следили за моим разговором.

— Слухи не врут. Хьюз меня сегодня на красную трассу вытащил, проверял.

— Прошёл?

— Прошёл. А откуда ты знаешь об Аспене?

— Кэтлин разболтала. Они же встречаются.

Я понял, что речь идет о подруге-актрисе Хьюза.

— Слушай, у меня для тебя новости. — Она засмеялась тихо, в трубку. — Я не буду долго — мне через двадцать минут на площадку обратно. Но я хотела с тобой посоветоваться, ты же очень умный!