— Когда?

— Через три дня. Ты что, не в курсе? Объявление на первом этаже висит уже неделю.

— Я был в командировке.

— А, ну да, ну да. — Костя нажал кнопку кофемашины, и в кружку зажурчала темная, ароматная жидкость. — Говорят, даже Непомнящий суетится — такого не было никогда. Архив, считай, в центр внимания попадает. А мы с тобой — простые смертные, будем стоять у стеночки и делать вид, что мы тут самые главные специалисты.

Он засмеялся своей шутке, похлопал меня по плечу и ушел, оставив меня стоять с остывающей кружкой.

— Лекс? — голос Лины в голове — она научилась говорить так, чтобы никто не слышал, сразу после того, как я вернулся из «путешествия». — Ты в порядке?

— Да, — ответил я мысленно. — В полном.

— Не похоже.

— Просто… задумался.

Я допил кофе, выбросил кружку в мусор и пошел обратно в отдел. Мысли крутились, как белки в колесе. Императорская семья. В Архиве. Через три дня. Совпадение? Или чей-то план?

Алина подняла голову, когда я сел за стол.

— Ты какой-то странный. Что случилось?

— Костя рассказал про выставку.

— А, это. Да, все обсуждают. Говорят, императрица сама захотела посмотреть на наши древности. — Алина пожала плечами. — Хотя, по-моему, ей просто скучно во дворце.

— Возможно, — сказал я, беря в руки первую попавшуюся бумагу, но не читая.

— Лекс.

— Что?

— Ты уверен, что с тобой все в порядке?

Я поднял голову, посмотрел на нее. В ее глазах — тревога. За меня. За себя. За всех нас.

— Все хорошо, — сказал я. — Просто… работа.

Алина не поверила. Но спорить не стала. Только кивнула и вернулась к своим формулярам.

Я направился в кабинет Непомнящего. Дверь была приоткрыта, и я постучал, входя. Семен Семенович сидел за столом, заваленным бумагами, папками, планами. На стене висела большая схема главного выставочного зала с какими-то пометками.

— А, Алексей, — он поднял голову, снял очки. — Заходи, садись. Я так понял, не просто так пришел.

— Да, — я сел на стул напротив. — Хотел узнать про визит Императорской семьи. Костя рассказал, но в общих чертах.

— Ох, этот Костя, — Непомнящий вздохнул. — Язык без костей. Ну да ладно, секрета из визита никто не делал. — Он отодвинул бумаги, положил руки на стол. — В общем, так. У нас юбилей Архива. Круглая дата все-таки — триста лет.

— Триста лет?

— Ну ты как с Луны свалился, ей-богу! — улыбнулся Семен Семенович. — Триста лет, Алексей. Это тебе не шутка.

Я молчал, давая ему возможность говорить. Он смотрел куда-то в стену, но видел, казалось, совсем другое — далекое, ушедшее.

— Архив основал Петр Первый, — продолжил он. — Не сразу, конечно. Сначала была просто царская библиотека. Книги, карты, чертежи. Потом, после Азовских походов, появились трофейные манускрипты. Турецкие, персидские, какие-то даже индийские. Никто не знал, что с ними делать, но выбрасывать было жалко. На самом деле, документы такого рода, я имею ввиду магические, были раньше. Просто лежали у кого где. Кто в личных библиотеках хранил, кто в церквях, кто еще где.