— Тоже верно, — вздохнул дядя. — Они и правда как не люди, а призраки какие-то. Уже такие слухи по Отрадному ходят, что скоро к нам работать ни за какие коврижки народ не пойдет.

— Это какие? — мрачно уточнил я.

— Да всякие, Игорь. Столько напридумывали, что половину и не упомнишь. — Дядя махнул рукой. — Одни говорят, что это сами Зубовы по лесу бегают. Другие, что Тайга на нас обиделась, и скоро в Гром-камне все от болезней помрут. А третьи — что у беглых каторжан на Котлином озере свое поселение. И у них там свой князь, свои гридни — прямо как вотчина настоящая, только власти государевой не признает.

Я поморщился. Первая версия явно была плодом чьей-то чересчур богатой фантазии, а вторая походила на сказку. Третья… третья, пожалуй, тоже — но и истины в ней хватало. Кто бы ни повадился обстреливать по ночам нашу стройку за Невой, у них имелось и оружие, и те, кто умеет с ним обращаться не хуже гридней, солдат и вольников.

И даже Одаренные… Одаренная. Может, и не княжна, но явно и не простая девчонка.

— А ты сам что думаешь? — спросил я.

— А я думаю — бредни это все и слухи. Сказки для малых детей. — Дядя развернулся на каблуках ботинок и зашагал обратно к дому. — У Котлина озера на юге до Гатчины все-то километров тридцать. Хоть и по Тайге, но дойти можно, а доехать — тем более. Старик Зубов с вольниками на короткой ноге всегда был, но такой дряни у себя под боком терпеть бы не стал. Давно бы уже собрал дружину с сыновьями и спалил там все к чертовой матери, даже если чего построили.

— На юге… — задумчиво повторил я, прикидывая в уме расстояние от Великанова моста до тех мест, куда ни местные, ни Горчаковские гридни не ходили уже лет двадцать. — А на севере? Есть что-нибудь?

— Да нет там ничего, Игорь! — Дядя уже не пытался скрывать раздражения. — Нет — и быть не может. Это тебе не лес за за Невой, а самая настоящая Тайга. А в ней, небось, и сейчас такая дрянь водится, что хоть целую роту солдат с картечницами отправь — назад не вернутся. Дороги за неделю зарастут, а ржавчина любое железо так жрет, что хоть в три слоя штуцер смазывай — все равно сгниет. Моторы барахлят, радио толком не работает, компас не работает. Лес во все стороны одинаковый, чуть от своих отбился — все, считай, пропал… А сейчас еще и темнеет рано, и холод! — Дядя покачал головой. — Нет места в Тайге для человека, и не было никогда. И не будет.

— Без компаса, конечно, тяжело. — Я шагнул на крыльцо. — Но откуда-то эта ящеричная кавалерия ведь взялась? Или, думаешь, тоже Зубовы? У себя в подвале из куриных яиц выращивали?