— Интересно, интересно, — усмехнулся я, положив парню руку на плечо. — Черный Ефим, говоришь?
Глава 5
От неожиданности бедняга подпрыгнул. Дернулся, выронив миску с супом, и едва не сиганул прямо в костер. Остальные дружно расхохотались, но тут же смолкли — в присутствии князя полагалось вести прилично.
— Здравия желаем, ваше сиятельство! — нестройным хором выдали гридни.
Вольники тут же повскакивали и тоже наперебой принялись любезничать. И пока ним не присоединился только парень, травивиший байку про какого-то Черного Ефима. Он плюхнулся обратно на бревно, заменявшее едокам скамью, и даже поворачивался медленно и осторожно — будто до последнего надеялся, что за спиной окажется кто угодно, только не сам грозный князь Костров.
Не повезло.
Я все-таки слегка ошибся: горе-сказочник оказался не моим ровесником. Еще моложе — а выглядел и вовсе лет на шестнадцать. Грязная тощая шея, голубые глаза навыкат, нос, острый подбородок. Единственной крупной «деталью» на лице был нос — мясистый и неожиданно основательный для невзрачной физиономии. Парень носил древний и сто раз штопаный камуфляж размера этак на четыре больше нужного, да и вообще вид имел такой, будто сбежал на Пограничье из гимназии или реального училища.
— Чего замолчал? — поинтересовался я. — Мне тоже хочется послушать.
— Так я это, ваше сиятельство… Ну…
Парень кое-как поднялся, снова едва не улетев в костер. И тут же принялся бестолково оглядываться по сторонам, в отчаянной надежде выискивая глазами хоть что-то похожее на путь к спасению.
И мироздание, как ни странно, ответило его безмолвной молитве: где-то к северу от частокола громыхнул выстрел, и часовой на сосне что-то крикнул. Гридни с вольниками тут же бросились к штуцерам и ружьям на стойке. И на этот раз белобрысый сказочник среагировал первым — видимо, стоять перед князем ему не хотелось совершенно, а причина для побега показалась достаточно уважительной.
Мне тоже — пальба в Тайге определенно означала куда большие неприятности, чем какие-то байки.
— Чего там? — заорал Боровик, запрокинув голову — Видишь?
— Человек бежит… — отозвался голос на сосне. И тут же рявкнул на весь лес: — Наш! открывайте ворота!
Все тут же бросились к восточной стене — туда, где плотники оборудовали въезд для машин. Я же рванул к северной, на звук выстрела — на тот случай, если из Тайги вдруг вылезет автоматон или тварь, которую придется немедленно лупить убойной магией.
На небольшом помосте у частокола возвышалась плечистая фигура Рамиля. Он уже вовсю выцеливал что-то снаружи из штуцера, но стрелять пока не спешил.