И навстречу Зубову прямо из огня шагнула трехметровая угловатая фигура.
Глава 28
Это было… Нет, пожалуй, алтарь с его чарами и рядом не стоял. Даже со средним жив-камнем, которого едва хватило сделать несколько шагов, управлять древней боевой машиной казалось чем-то запредельным. А сейчас, когда Святогора наполняла мощь полноразмерного силового кристалла…
Как только энергетический контур заработал, и тусклые прорези перед лицом исчезли, я перестал быть человеком. Волот перестал быть безжизненным сплавом металла и магии, и вместе мы стали чем-то большим. Всемогущим титаном, напрочь лишенным слабостей простых смертных.
Я не просто получил новое тело вдвое выше и в десятки раз сильнее прежнего. Древний металл щедро делился чем-то неизмеримо большим — памятью. Опытом сотен схваток, каждым движением, которые направляли руки предков Игоря Кострова, будто все они оставили в Святогоре крохотный отпечаток того, что обычно называют душой.
Я только теперь понял, что имел в виду Горчаков, когда говорил, что машина должна принять человека внутри — ведь именно это с нами и случилось. Под броней волота сплелись воедино и моя истинная сущность, и чары, и то, что нельзя объяснить даже самой сложной и крутой магией. И в этом безупречном сплаве металла, духа и плоти уже не осталось места ни сомнениям, ни страху, ни милосердию, ни желанию сохранить себя в бою.
Ничему из того, что хоть как-то могло помешать сражаться.
Осталась только ярость. Холодная, как лед на Неве, и светлая, как само первородное пламя. В моей стальной груди вместо сердца мерно пульсировал жив-камень, до отказа наполненной маной из Основ рода Костровых, и я был в своем праве. Не только стоять за дом, вотчину, семью и друзей, но и избавить мир от тех, кто пришел по наши души.
Не просто победить и выиграть битву, а прикончить их всех до единого. Крушить, топтать, рвать на части, рубить с размаху тяжеленным клинком длиной в человеческий рост. Пусть ненадолго — на сколько хватит заряда в жив-камне — перестать быть человеком, племянником, внуком, братом и даже восставшим из небытия Стражем Тароном и превратиться в машину, которая существует с одной единственной целью.
Нести смерть.
Под ногами что-то хрустнуло — то ли горящие бревна, то ли кости еще одного бедняги штурмовика, который не успел убраться вовремя — и я вышел за частокол. Дым расступился и перед глазами тут же зарябило от бессчетного количества крохотных фигурок. Низкорослые пигмеи, похожие на тараканов, разбегались в разные стороны, но у некоторых все же хватило мужества и глупости броситься в рукопашную.