— Ну прямо дедушка Мороз, — усмехнулся я вполголоса.

— И даже в лагере на Пограничье, когда готовят, котел до дна скрести не принято, — продолжил Гусь. — Обязательно надо Ефиму оставить.

На этот раз я воздержался от комментариев — просто кивнул. История, без сомнения, вышла занимательная, но какая-то уж очень безликая. Самый обычный набор баек и суеверий, который непременно возникает в любой среде с устоявшимися традициями. Почти наверняка у Черного Ефима действительно был реально живший лет этак двести назад прообраз — а может, даже не один.

Однако охотился на меня не персонаж байки вольников, а вполне конкретные люди из плоти и крови. Один… одна из которых сейчас отдыхает в подземелье Гром-камня. А значит, и остальных тоже можно убить или изловить и посадить под замок.

— Понятно, — вздохнул я, поднимаясь. — Это все?

— Ну… есть еще один обычай, ваше сиятельство, — явно нехотя ответил Гусь. — Но совсем уж нехороший. Я бы такой, если честно, и проверять не стал бы. Уж больно дело поганое.

— Что за дело?

— Я как-то раз слышал, что Ефим честного бродягу может и от врага защитить. Если крепко попросишь. Для этого надо особую полянку найти, и там подарок оставить. Только настоящий, щедрый — ружье, штуцер, патронов пачку… ну, или нож хороший хотя бы. Потом уйти и не оглядываться — иначе Ефим обидится, не поможет, — зачем-то уточнил Гусь. — А вместе с подарком бумажку положить с именем обидчика. И вот если все правильно сделаешь, врагу не жить. Недели не пройдет — заберет его Тайга.

— Вон оно как, — протянул я. — Занятно…

Эта часть рассказа, пожалуй, казалась наиболее невероятной и фантастической — однако при этом объясняла если не все, что творилось вокруг крепости Боровика последние пару недель, то многое. То ли байка все-таки была основана на реальных событиях, то кто-то очень хитрый решил выставить все таким образом, будто на меня и дружину действительно осерчал таинственный покровитель вольников и князь всея Тайги.

Заплатить за мою голову мог всего один человек… точнее — одно славное семейство. Так что куда больше меня интересовало, как Зубовы это провернули. И кто, черт возьми, шлялся по ночам на том берегу Черной.

— Ладно. Хватит на сегодня баек. — Я поправил ножны за спиной и развернулся обратно в сторону частокола. — Пойдем.

— Куда, ваше сиятельство?

— Обратно. Полюбуемся, что за чудище мы с тобой упокоили. Может, поймем, откуда медведь этот взялся… А про Ефима чтобы я больше не слышал. — Я погрозил пальцем. — Нечего народ пугать почем зря. Ты меня понял?

— Понял, ваше сиятельство, — тоскливо отозвался Гусь. — Как тут не понять?..