— Что снаружи? — переспрашиваю.
— Ты снаружи должна быть, балда, — выговаривает он мне строго. — Я сказал дверь закрыть. С
обратной. Стороны.
— Но я это… поговорить надо… — мозг потихоньку включается, и взгляд наконец начинает
подчиняться моей воле, и нехотя ползет к холодным глазам, — с-срочно.
— Настолько срочно? — Бес слегка склоняет голову, как бы намекая, на свой неуместный для
разговора вид.
— Ой, ну… — меня кажется только сейчас начинает накрывать смущением, с заметным опозданием,
и я даже слова не могу подобрать в свое оправдание, — я это… не хотела… то есть… мне просто
правда оч-чень срочно нужно было, — бормочу невнятно, теперь не зная куда взгляд прятать, —
я потому и не подумала совсем… но я… В общем извини, что отвлекла, я потом зайду… то есть,
нет! Не зайду больше! Но поговорим позже, — уже даже за ручку двери берусь, с намерением
наконец-то поступить адекватно и выйти к чертовой матери из этой до ужаса неловкой ситуации.
Но Бес вдруг тормозит меня:
— Ладно. Давай сейчас говорить, — сдается он, видимо так уж я его заинтриговала своим
внезапным вторжением. — Что у тебя такое важное стряслось, что ты примчалась сломя голову?
Поднимаю на него взгляд как у того кота из мультика, но даже сказать ничего не могу, потому
что совсем забыла слова подходящие подготовить:
— Может это… на улицу выйдем? — пытаюсь как-то время потянуть.
— Там холодина, — цокает он. — Замерзнешь еще.
— А здесь запарюсь, — по привычке спорю я по любому поводу. — Духота какая.
— Так куртку сними, и говори уже чего хотела? — он будто по носу меня щелкает, возвращая к
суровой действительности, где я должна сказать ему нечто невозможное.
— Я… это… — принимаюсь послушно стягивать с себя куртку, — ты… ты ведь сказал, что я могу
обращаться, если мне нужна будет помощь?
— Допустим, — кивает и вдруг снова подается ко мне ближе, вынуждая меня снова в дверь
вжиматься.
Боже, как же он пахнет… У меня аж голова кружится.
Хотя это наверно от духоты просто.
Бес вытаскивает из-за моего плеча свои брюки и отстраняется.
— Отвернись, — приказывает коротко.
Подчиняюсь молниеносно, потому что сейчас и без того смущена дальше некуда.
— Говори, — продолжает руководить он. — Что за помощь тебе нужна?
А я и не знаю, что сказать.
Вернее, знаю ЧТО, но не понимаю КАК я это сейчас должна ему преподнести, чтобы не получить
моментальный отворот-поворот, а хотя бы заставить задуматься.
— Тут такое дело… — почти шепчу, потому что голос срывается от напряжения. Нервно тереблю
ручку входной двери, пытаясь с мыслями собраться, — ты же знаешь моего деда… — говорю