Дорок тихо улыбнулся, его грудь вздрогнула под моей щекой.
— Они чувствуют в тебе добрую душу, — прошептал он. — Смотри, как облепили.
Я с восхищением разглядывала десятки маленьких, пульсирующих теплым светом огоньков на себе. Они не обжигали, а лишь ласково щекотали кожу. Нервное напряжение последних дней вдруг отпустило, и я тихо засмеялась, глядя на это волшебство.
— Они прекрасны! — вымолвила я, боясь спугнуть хрупкое чудо.
Где-то сбоку, у кромки леса, резко, почти демонстративно, послышался кашель. Я вздрогнула и обернулась.
Из тени вышел Карион. Он стоял, скрестив руки на груди, и его холодный взгляд скользнул по Дороку, который все еще одной рукой обнимал меня, а затем уставился на меня. Светлячки, словно почуяв недоброе, разом вспорхнули и разлетелись в разные стороны, их огоньки растворились в ночи.
Карион нахмурился, его губы скривились в безразличной, почти брезгливой гримасе.
— Идите спать, — бросил он коротко и сухо. — Моя очередь сторожить.
Дорок медленно кивнул, его объятие ослабло. Он потянул меня за собой, назад, к тлеющему костру и спящим друзьям.
— Пойдем, — тихо сказал он, и в его голосе снова появилась знакомая твердость.
Я прилегла рядом с Леамой, все еще чувствуя на коже призрачные прикосновения светлячков и тепло объятий Дорока. Свернувшись калачиком, я накрылась второй половиной одеяла и закрыла глаза, проваливаясь в беспокойный, но уже не такой одинокий сон.
Глава 12 Поход. День второй
Открыв глаза, я почувствовала, что нахожусь в чужом воспоминании, ощущая уверенные, почти резкие движения в моем теле, которые не могу контролировать. В руках — тяжелая деревянная ложка, которой я помешивала густое, пузырящееся варево в огромном котле. От него пахнет медью, полынью и свежескошенной травой. Внезапно сверкнула ослепительная вспышка синего пламени, озарив на мгновение комнату. В ее свете я увидела Леаму. Она сидела на низком табурете, вцепившись в его края тонкими пальцами, и смотрела на Моргат — на меня — с таким благоговейным ужасом, что у меня заныло сердце.
Я — Моргат — резко повернулась к ней. Голос звучал холодно и четко.
— Я выпью это зелье и произнесу заклинание. Оно откроет портал. Я займу место той… Непосвященной, в мире людей.
Леама попыталась что-то сказать, но я — Моргат — резко оборвала ее взглядом.
— Это необходимо. Миада не успокоится, пока не использует мою силу, чтобы сломать барьер между мирами. Она хочет впустить Тьму в оба мира. Спрятаться — единственный шанс, я оставлю непосвященной лишь крохи от моей магии, чтобы она смогла выжить здесь.