Наши взгляды встретились.
Карион медленно наклонил голову, и его губы растянулись в хищной, первобытной улыбке.
В этот момент Торн неожиданно для всех расхохотался, словно заранее знал, как подействует зелье. Затем наклонившись чуть вперед обратился к Кариону — Не сопротивляйся, покажи ей!
Моё сердце замерло.
Не от страха.
От восторга.
От жажды.
От осознания, что этот повелитель тьмы — мой.
Мои тени тянулись к нему, сливались с его тенями, переплетались, как влюбленные, как единое целое.
Мы были прекрасны.
Арон стоял, полностью окаменев. Его рот приоткрылся, глаза расширились до предела, пальцы впились в спинку кресла так, что костяшки побелели.
Близнецы маги, обычно такие невозмутимые, потеряли всю свою надменность. Ваалал отшатнулся, споткнулся о собственные ноги, его губы дрожали, шепча что-то, что даже не решалось стать словами. Аксель уронил свиток, но он даже не заметил — его взор был прикован к нам, полный благоговейного ужаса.
Тишина, нарушаемая только нашим дыханием — тяжелым, горячим, синхронным.
А потом Карион заговорил.
Его голос был низким, вибрирующим, словно гром под землей.
Он шагнул вперед, тени последовали за ним, расстилаясь, как мантия.
Что-то тёмное и неукротимое бушевало в нем. Я видела это по напряжению в его спине, по сжатым кулакам. Воздух вокруг Кариона вибрировал, словно от палящего жара.
— Мира, успокой меня… — прорычал он сквозь стиснутые зубы, и в голосе его было столько отчаянной мольбы, что сердце моё сжалось.
Глава 34 Магия, что сводит с ума
***Мира
Я не думала, не размышляла — лишь подошла и взяла его разгоряченное лицо в свои ладони. Кожа его пылала, каждый мускул под ней был словно высечен из камня. Он наклонился, и его горячее дыхание обожгло моё ухо.
— Меня как будто разорвет сейчас на части…
От этого шепота, полного агонии, у меня перехватило дыхание. Я прижалась лбом к его виску, чувствуя, как бьется его кровь.
— Всё хорошо, Карион, ты справишься, сосредоточься, — шептала я, но сама едва могла мыслить.
Он тяжело дышал, и казалось, еще мгновение — и вся его сокрушительная сила вырвется на свободу, сметая всё вокруг. В панике я искала выход, и взгляд мой упал на Торна. Он сидел в стороне и нагло ухмылялся, будто наблюдал за забавным спектаклем. Яростная волна гнева подкатила к горлу, но я подавила её. Вместо этого я мысленно обратилась к демону:
— Кот! Перенеси нас к древнему источнику и прошу, оставь ненадолго наедине.
— Вот ещё, — огрызнулся он в моей голове, лениво потягиваясь.
— Торн! Прошу… — я намеренно использовала его имя, вкладывая в него всю свою волю.