Алая кровь, яркая и шокирующая в этом сером мраке, хлынула на пол, растекаясь зловещим узором. Тело Леамы бессильно рухнуло.
— За что, хозяйка? — прошептали ее бледные губы, и в этом шёпоте был весь ужас предательства.
Этот взгляд. Полный боли, непонимания и упрека. Он прожигал меня насквозь, выжигая душу.
— НЕТ!
Крик, наконец, вырвался наружу, настоящий, полновесный, наполненный таким отчаянием и ужасом, что он, казалось, должен был разорвать саму ткань реальности…
Глава 27 Ревность и последствия
*** Карион
Громкий, пронизывающий душу крик прорвался в мое сознание, разорвав тонкую пленку тревожного сна. Я подскочил с дивана, чуть не споткнувшись о черную тень, которая метнулась к двери.Кот . Он тоже среагировал, его спина была выгнута, а глаза пылали в темноте.
Мы понеслись в комнату Миры. Оттуда снова донесся леденящий душу, полный абсолютного ужаса крик. Не думая, я резко распахнул дверь.
Она металась на кровати, ее тело била мелкая, судорожная дрожь. По бледным, залитым лунным светом щекам ручьями текли слезы. Пальцы судорожно впивались в одеяло, белые от напряжения.
Я рухнул на колени у кровати, осторожно, но настойчиво взяв ее за плечи.
— Мира! Мира, очнись! Это сон! — мой голос прозвучал хрипло, почти с мольбой.
Она всхлипнула, ее веки дрогнули и медленно открылись. Взгляд был мутным, неосознающим, полным непрожитого кошмара. Рыдания все еще сотрясали ее хрупкое тело.
— Он убил Леаму… — выдохнула она, и голос ее был разбитым и бесконечно уставшим. — А она… она спрашивала меня… «за что?»…
Ее пальцы разжались, отпустив истерзанную ткань. Она бессильно уронила голову на подушку, продолжая беззвучно плакать. Вся ярость, все напряжение, что копились во мне, сменились щемящей, всепоглощающей болью. Я лег рядом, не раздумывая, и принялся гладить ее по волосам, шепча слова, в которые отчаянно хотел верить сам:
— Не смей думать, что ты виновата, слышишь? Ты не могла ей помочь. Никто из нас не знал, что так выйдет.
Мира смотрела на меня полуприкрытыми, влажными глазами и прошептала так тихо, что я едва разобрал:
— Не уходи… Останься рядом. Я боюсь спать одна.
Что-то острое и тяжелое сжало мое сердце.Ей страшно. Даже во сне, в единственном месте, где должно быть спасение.
— Я рядом, — тихо, но твердо ответил я. — Никуда не уйду.
Я поднял взгляд на демона. Тот сидел в ногах кровати, неподвижный, как изваяние. Его глаза горели в темноте, передавая бурю невысказанных эмоций.
Мира закрыла глаза, ее дыхание постепенно выравнивалось, и она снова погрузилась в сон, на этот раз спокойный.