Мы поболтали с Дерамой еще немного, и теплое чувство благодарности переполняло меня. Я протянула ей несколько монет.
— Пожалуйста, возьми. В счет оплаты за такой прекрасный обед.
Она удивленно округлила глаза, ее крылышки трепетнули.
— Вы что? Я же хотеть угостить вас!
Я мягко улыбнулась, настаивая.
— Я хочу отблагодарить тебя за доброту и за этот уютный уголок. Не думай, что я просто откупаюсь. Пусть это будет знаком моей искренней признательности.
Дерама на мгновение задумалась, затем кивнула, и ее лицо снова озарилось улыбкой. Она взяла монеты и аккуратно сложила посуду на поднос.
— До встречи, Мира. Заходить еще!
— До встречи, Дерама, — ответила я, и мой взгляд упал на кота, который сладко дремал у меня на коленях, свернувшись клубком. Я провела рукой по его шелковистой шерстке за ухом. — Ну что, пойдем дальше?
Кот лениво потянулся, его спина выгнулась дугой, он громко зевнул и наконец спрыгнул на землю, демонстрируя полную готовность следовать за мной. Мы двинулись дальше, и впереди показался изящный мостик, перекинутый через пропасть. Он был украшен яркими шелковыми лентами, в которые были вплетены свежие цветы, создавая радужную арку на фоне неба.
— Пойдем туда? — весело предложила я, обращаясь к своему спутнику.
Кот в ответ лишь фыркнул, что я истолковала как согласие, и мы зашагали к мосту. Но по мере приближения мое сердце начало биться чуть быстрее. На мосту стояли двое, увлеченные разговором. Я присмотрелась… и узнала его.Карион. Мои шаги замедлились сами собой.
— Карион… — прошептала я. — Но что он тут делает?
Я не успела договорить, как он развернулся боком, и мое дыхание перехватило. Прямо перед ним, нарушая все мыслимые дистанции, стояла Ленора. Та самая эльфийка-торговка с высокомерной осанкой и уверенным взглядом. Она что-то оживленно ему объясняла, жестикулируя, а потом… потом ее длинные пальцы легли ему на плечо в фамильярном, почти собственническом жесте. И она улыбнулась — той самой сладкой, ядовитой улыбкой, полной скрытых намеков.
Что-то острое и горячее кольнуло меня под сердце. Я застыла на месте, не в силах пошевелиться. Внутри все сжалось в тугой, болезненный комок. По телу пробежала мелкая дрожь, а в висках застучало. Я пыталась дышать глубже, но воздух словно стал густым и обжигающим горло.
Зачем они здесь вместе? О чем они могут говорить так оживленно? Почему она позволяет себе прикасаться к нему? И почему… почему он не отстраняется? Почему терпит эту… эту напыщенную торговку!
И будто в ответ на мою яростную мысль, Карион все-таки убрал её руку со своего плеча.Но было поздно. Волна слепой, иррациональной злости уже накрыла меня с головой, отравляя всё внутри.