примчался в больницу?
Его слова обжигают.
— Адвокат Молотов пришел мне на помощь, потому что мы с ним знакомы. — Произношу спокойно.
— А если ты и твои родители считаете, что я не достойна ничего из того, что мы с тобой
создали во время нашего брака, то вы ошибаетесь. Закон един для всех. Наш брак никто не
отменял.
— Я не советую тебе сильно упрямиться, Оленька. Просто прочти дома бумаги и подпиши. Без
всяких дорогостоящих адвокатов. И деньги сэкономишь, и нервы. В соглашении все указано
по-честному. Как есть.
— Я тебе перезвоню, Пригожин, — отвечаю холодно. — А сейчас, покинь, пожалуйста,
ординаторскую. Она не предназначена для выяснения отношений.
— Вот как ты заговорила?
Муж хватает меня за руку, снисходительно усмехается.
— Ладно, давай, колись. Давно у тебя это с ним?
— С кем?
— С Молотовым? Вы давно спите?
— Что?!
— Строила из себя вечно занятую женушку, да? А сама развлекалась на стороне… Какой же я
дурак! Верил, что ты у меня одна такая – честная, неприступная Оля… Ну, конечно… Ха! Ты с
ним в сговоре? Решили меня поиметь?! Шлюха!
Он размахивается и бьет меня по лицу наотмашь. Это так неожиданно и подло, что я
вскрикиваю. Хватаюсь за щеку. Кожу обжигает болью, а во рту отчетливо чувствуется
солоноватый привкус.
В дверях мелькает мой ординатор Никита Шевцов. Он у нас рослый, свободное от ординатуры
время проводит в спортзале, поэтому с моим обидчиком не церемонится. На происшествие
ординатор реагирует мгновенно – налетает на моего обидчика и толкает его к стене.
— Совсем с катушек слетел?! У нас здесь больница, между прочим, — рычит разъяренно.
— Руки убери, салага, — выплевывает с презрением Пригожин. — Я с собственной женой
разговариваю, а не с тобой.
— Ольга Федоровна, полицию вызвать? — грозно нависая над моим обидчиком, уточняет Никита.
— Нет, — прикрывая рот ладонью, шепчу сквозь слезы. — Лучше охрану. Пусть его вышвырнут
отсюда.
— Да я сам его сейчас вышвырну, — цедит зло Никита. — А насчет полиции я бы не церемонился.
У нас здесь везде камеры.
— Не трудись, салага. Моя жена не станет заявлять в полицию, — рычит Пригожин. — А ты
запомни, Оля: я этого так не оставлю! Выведу тебя и твоего ублюдочного адвоката на чистую
воду. Поиметь меня не позволю. Будет, по-моему, поняла?! Шалава…
Хлопает дверь ординаторской, и мой муж исчезает в холле.
— Ольга Федоровна, с вами все в порядке? — Никита устремляется к холодильнику, достает
оттуда сухой лед. Встряхивает. — Вот, приложите. Должно помочь.
Меня трясет. В порядке ли я? Нет, совсем не в порядке. Меня ударил муж. Ударил на рабочем
месте, при других сотрудниках. Еще и обозвал.