— Этот тебе привет с Кавказа, сука, — подхватив меня за волосы, четко шипит мне в лицо. — В
следующий раз, если будешь упираться, сдохнешь.
Он безжалостно толкает меня на асфальт. С каким-то садистским наслаждением бьет ногами.
Перед глазами плывут красные всполохи.
«Неужели я умру вот так? Глупо и бессмысленно?»
— Ах, ты, сука! — слышу рядом мужской голос, который мне смутно знаком.
Я фиксирую адвоката Молотова. Он не церемонится с моим обидчиком. Бьет его в живот,
заставляя согнуться пополам от боли, а потом наотмашь бьет рукояткой в лицо. Схватившись за
переносицу, напавший на меня мужчина, не раздумывая, ныряет в узкий пролет между дорогими
машинами.
Молотов вскидывает пистолет. Тот самый, из которого он едва не застрелил меня в своем
кабинете. Целится преступнику в ноги, но тот уходит между машинами. Машины дорогие, стрелять
по ним нет смысла, себе дороже.
Молотов бежит за ним следом, у распахнутых ворот расстояние стремительно сокращается.
Из будки нехотя выбирается охранник, который контролирует въезд на территорию больницы. Его
нежелание вмешиваться можно понять – ему почти шестьдесят, и вмешиваться в уголовщину, чтобы
схлопотать пулю, совсем не хочется.
Внезапно приоткрывается дверца серого седана без номеров, и напавший на меня подонок ныряет
на заднее сиденье. Седан срывается с места и вливается в поток машин.
Молотов с досадой бьет кулаком по кованому забору, которым огорожена больница. Пытается
отдышаться, а потом устремляется мне на помощь.
Я силюсь подняться. Хватаюсь за машину. Мое светлое пальто безнадежно испорчено. Во рту
привкус крови, перед глазами все плывет.
— Оля! — Молотов подхватывает меня под руки. — Как вы, Оля?
— Плохо, — выдыхаю беспомощно.
До нас наконец добирается охранник.
— Какие-то проблемы? — уточняет неохотно.
Молотов раздраженно оборачивается.
— Вообще-то, вы здесь для того, чтобы следить за порядком.
— Я должен следить исключительно за машинами. Уголовщина не в моей компетенции. Могу
предложить вызвать полицию.
— Нет, не надо вызывать полицию. Мы сами туда сейчас поедем. Видеонаблюдение за двором
ведется? — уточняет Молотов.
Охранник испуганно кивает.
— Конечно. Машины-то дорогие, а их здесь и на ночь бросают без присмотра.
— Отложите видеозапись. Когда приедет следователь, отдадите ему, — распоряжается мой
спаситель.
Он забирает у меня ключи от машины, ставит ее на сигнализацию. Ведет меня к своему
автомобилю, помогает сесть на переднее сиденье. Вручает пачку влажных салфеток. Не сводя с
меня взгляда, куда-то все время звонит, и что-то говорит, говорит… а у меня все плывет. Его