— Нет. Какие подруги? Она дочь адвоката, — сгребая в корзину атрибуты в отделе для
празднования дня рождения, отрезаю я.
— Но ведь это плохо для ее психики, понимаешь? Девочка должна общаться со сверстниками.
— Нет. Моя дочь не должна. Когда была жива Тая, она водила ее в различные кружки. А сейчас
есть только я один. И я ни за что не прощу себя, если с моей дочерью что-то случится.
Регина смотрит на меня со смесью жалости и раздражения.
— Бедняга, тебе надо срочно жениться! Девочке нужна мать. Та докторша, что завтракала с
вами вчера утром, не хочет взять на себя роль твоей супруги?
Я испепеляю тещу взглядом. Нет, это ужасная идея – отправиться за покупками к дню рождения
Амели вместе с ней.
— С личной жизнью я как-нибудь сам разберусь, договорились?
— Ты не дал мне опеку над девочкой, а теперь держишь ее в клетке! Ей нужно общение.—
Я сам решу, что нужно моей дочери. Цель твоего визита в наш дом – поддержать малышку после
операции.
Регина возмущается.
— Так я и пытаюсь ее поддерживать!
У меня в кармане пиджака звонит телефон.
— Извини, мне надо ответить. Это может быть судмедэксперт, — я вручаю ей корзину с
покупками и прижимаю телефон плечом к уху. Отхожу в сторону.
Звонит не судмедэксперт, это Соколовский.
— Дань, привет! Слушай, я все же решил посмотреть, что там за Анаит увела мужа у твоей
клиентки. Мои девочки из информационного отдела потрясли сеть. Сверили данные, и знаешь,
что?
— Что?
— Анаит, которую подсунули Пригожину в качестве секретарши, совсем не Анаит.
— Не понял. Что это значит?
— Ну, Анаит существует. Только она не покидала пределы Дагестана. Примерная, скромная
девушка. А вот Пригожину под видом Анаит подсунули совсем другую девицу. Причем по
документам это та Анаит, которая скромно сидит дома в горном ауле. А в соцсетях – другая
женщина.
— Так, а беременна какая из них?
— Не знаю. Будем выяснять. Если хочешь, могу послать к Пригожину в его строительную фирму
своих ребят.
Я наблюдаю за Региной, которая с искренней детской непосредственностью тискает огромного
мягкого медведя. Так, стоп. Она что, делает с ним селфи?
«За что?» — возвожу глаза к небесам, что скрываются за высоким потолком.
— Хочу ли я выяснять, кто разводит Пригожина? Нет. Мне плевать, — возвращаюсь к разговору с
Соколовским.
— Что, даже не любопытно?
Я усмехаюсь.
— Ты напал на след, да?
— А то.
— Тогда давай раскроем это дело. Хотя, если честно, помогать мужу Оли я не хочу. Он тот еще
мудак.
— Я сам с ним разберусь, не переживай.
— Держи меня в курсе.
На второй линии прорывается звонок от судмедэксперта, и я переключаюсь.