— Не говори ему об этом, если наши дороги когда-то пересекутся, — негромко проговорил я, стараясь скрыть дрожь в голосе за привычной усмешкой. — Не хочу, чтобы Безумный Король решил, будто я теперь у него в долгу.
Эвелин тихо рассмеялась и крепче сжала мои пальцы. Этот мягкий звук был мне дороже всех торжественных гимнов, спетых в тронных залах. Мы скрылись в лабиринте узких улочек, наслаждаясь тем, что сегодня мы — просто двое из многих.
— Пора это обсудить. Значит, ты можешь просто приказывать мне? — я остановился, заставив её обернуться. — Я действительно полностью подчиняюсь тебе, стоит тебе только захотеть?
Эвелин на мгновение замерла, глядя на меня снизу вверх. Она хихикнула, и этот беззаботный звук в тишине пустой улочки показался мне самым правильным ответом.
— Я никогда не буду использовать это, — твёрдо ответила она. — Я не хочу видеть в тебе слугу или оружие.
Она сделала короткую паузу и чуть прищурилась, в её глазах промелькнул озорной огонёк:
— Разве что ты вдруг решишь убить кого-то без разбора, мой грозный воитель. А в остальном... Мы ещё разберёмся.
***
Торжественные триумфы сменились буднями, и мир начал медленно заращивать свои раны. Одержимые и демоны больше не бунтовали так яро, и люди начали изучать новый уклад: торговые караваны мелькали на разбитых дорогах, а заброшенные поля снова засевали золотистой пшеницей. Разговоры на рынках теперь касались цен на зерно, а не порождений Разлома. Мы с Эвелин стали для этого нового мира живыми легендами — бродячие сказители на каждом углу переиначивали нашу историю, превращая её в миф. Я не пытался их исправлять. Людям нужны были сказки, чтобы не потерять веру в свет.
Мы понимали, что не хотим остаться в Храме, где было много глаз и ожиданий. Орден занялся зачисткой территорий вместе с Союзом правителей, но ни я, ни Эвелин в этом участвовать не хотели. Мы заслужили отдых, поэтому решили не возвращаться в тот домик, который когда-то полюбили. Хотелось уйти как можно дальше.
Как только с официальной частью и политическими визитами было покончено, я вернулся в тренировочные залы Храма. Лео ждал меня там. Его обучение шло полным ходом, и, хотя он был ещё молод, в нём чувствовалась та самая первородная мощь, которую я когда-то узнал в себе. С его Пустотой всё было в порядке — он справлялся лучше, чем многие послушники старше него.
Я не собирался оставлять его здесь, в руках товарищей, которые видели в нём лишь очередное оружие. Как Жнец, закрывший Разлом, я имел неоспоримое право забрать его для дальнейшего обучения вне стен Храма. Никто не посмел мне возразить.