Конечно, успех весьма относительный, даже привала на развилке сделать не успеем. Вместо этого предстояло забраться в холодную воду Улахи и, обвязавшись веревкой, чтоб не унесло, шуровать вверх по течению с километр не меньше, чтобы не увидели дозорные хэкку и не учуяло их зверье.

Ущелье словно устав петлять, распрямилось так, что расстояние прямой видимости возросло метров до трехсот. И там впереди был виден гранитный утес, черная туша которого, выступала из стены ущелья, казалось, наглухо перегораживая тропинку. Но видимо, только казалось, потому что Эд, и дружинники шли вперед, как ни в чем не бывало. А ведь это прекрасное место для засады, вдруг подумалось мне. И видать, не только мне одному, потому что весь отряд, как по команде, снизил скорость, дружинники потянулись к оружию.

Первым к утесу приблизился Верцингеторинг. Чуть помедлил, затем осторожно выглянул из-за камня. Что-то долго там высматривал, обернулся и пожал плечами.

— Что? — вполголоса спросил его, подошедший капитан.

— Тварей хэкку там нет, я бы их почувствовал.

— Тогда, вперед?

Но, аккети все топтался возле утеса.

— Что тебя смущает? — нетерпеливо поинтересовался Эд.

Тот обернулся к командиру, линии татуировок на лице собрались в загадочную маску.

— Мне, как-то не по себе…

— Нам всем, не по себе, — резонно заметил капитан, — если конкретных идей нет, тогда вперед, — и, подавая пример, первым шагнул за утес. После секундной задержки аккети двинулся следом, за ним дружинники с трубками наготове и последними мы с Тишей.

Я машинально отметил, что ладонь судорожно сжимает рукоять меча. Мысленно усмехнулся, кого тут собрался рубить? Кругом голые стены, лишь кое-где вкрапления тщедушных кустиков и лишайника.

Тропинка впереди, поло́го огибала утес, а затем шагов через тридцать круто сворачивала влево, словно прячась за его кручу. Капитан остановился, стянул с плеча арбалет, дружинники водили трубками вправо-влево. Несколько минут мы озирались и прислушивались. Тишина, никакого движения вокруг. Только шелест ветра, да осторожное сопение дружинников. Эд уже дал отмашку следовать дальше, как вдруг я почувствовал знакомое покалывание и вибрацию в правой ладони. Той самой, что стискивала рукоять. Меч, что-то сигнализировал мне. В следующую секунду я понял что.

— Все назад! — прошептал, пятясь к утесу и толкая перед собой ничего не понимающую девчонку.

— Что? — обернулся ко мне Эд.

— Засада! — крикнул я, и, уже не боясь, что посчитают трусом, припустил во весь дух, таща Тишу за шиворот. Сзади что звонко дзинкнуло. Еще, раз и еще. Правое ухо обдало ветерком, и нечто неуловимо-стремительное стукнуло в приближающийся гранитный бок утеса, сыпанув фонтаном искр. Обернувшись на бегу, я увидел, что дружинники во главе с капитаном несутся следом, а один из них, тот которого звали Прек, со стоном корчится на земле.