— Кто их привёл?

— Я.

Карандаш тихо заскрипел по бумаге.

— Кто сейчас на деле ведёт обсуждение акций?

Азеф откинулся на спинку стула. Стул снова скрипнул.

— Формально — коллегия. Предлагают, спорят, критикуют друг друга… Фактически решения проходят через меня. Они этого не произносят вслух. Но ждут, пока я скажу формулировку, и потом голосуют за неё.

— Есть несогласные?

— Есть. Левитин требует ударить немедленно. Каждое заседание начинает одно и то же: нельзя медлить, момент уходит, народ ждёт. Ломов осторожничает. Считает, что нужно готовиться основательно.

— Кто контролирует средства?

— Касса Боевой организации. Деньги распределяю я.

Карандаш остановился. Человек за столом поднял глаза.

— Кто следующая цель?

Азеф ответил после небольшой паузы.

— Великий князь Сергей Александрович.

Имя прозвучало тихо. Лампа потрескивала. За стеной снова закашлялись.

— Подтверждено?

— Обсуждалось дважды. Решение фактически принято. Осталась техническая сторона.

— Способ?

— Бомба броском с близкой дистанции. Как обычно. Решили, что так надёжней, чем стрелять. Стрелок может промахнуться, руки дрожат, лошади дёргаются. Бомба — вернее. Хотя и тут может случиться всякое.

— Исполнитель?

— Каляев. В резерве — Дора Бриллиант. Если Каляев не сможет — она.

— Где?

— В Москве. У Никольских ворот. По дороге из Кремля к генерал-губернаторскому дому. Маршрут постоянный, охрана слабая. Карета едет открыто, без сопровождения. Уже неоднократно смотрели.

Карандаш двигался по бумаге ровно, без остановок. Почерк был мелкий, убористый.

— Бомбы готовы?

— Да. Компоненты привозят частями — по отдельности, разными людьми, разными маршрутами. Лаборатория на Васильевском. Линия девятая, дом двадцать семь, квартира шесть. Окно во двор. Соседи — рабочий люд, никто ни о чём не спрашивает.

— Кто непосредственно участвует?

— Каляев. Бриллиант. Слетов знает о плане, но держит дистанцию — не хочет оставлять следов, если провалится или схватят. Двое технических, те, кто собирают снаряд. Фамилии и адреса передам отдельно, при следующей встрече.

— Есть кто-то, кто сомневается?

Азеф чуть наклонил голову, как будто прислушиваясь к чему-то.

— Горский. Он считает, объект слишком крупный. Что последствия будут непредсказуемые. Что это подставит партию под удар, какого ещё не было.

— Когда?

— Они хотят октябрь. — Азеф помолчал. — Я могу сдвинуть. Есть предлоги — подготовка не завершена, нужна дополнительная разведка маршрута, еще что-нибудь. Они послушают.

— Нам нужен точный день. Минимум за сорок восемь часов.

— Сообщу. Как обычно.

Человек за столом положил карандаш. Потёр переносицу.