— Конечно. Будут.

Человек за столом достал из кармана пальто конверт. Не толстый, не тонкий — обычный канцелярский конверт без надписи. Положил на стол и пододвинул к Азефу.

Азеф взял конверт. Не открыл и не пересчитал деньги. Просто убрал во внутренний карман. Спокойным, привычным движением.

Он встал. Снова скрипнул стул. Взял шарф с кровати, намотал на шею. Застегнул пальто.

Человек за столом остался сидеть.

— До следующей встречи, — сказал Азеф.

Он вышел. Шаги, тяжёлые и неторопливые, удалились по лестнице и стихли.

Человек за столом посидел ещё минуту. Потом прикрутил фитиль лампы до конца. Огонёк дёрнулся и погас. В темноте тлел красный кончик фитиля, пахло керосиновым дымом.

Он поднялся, застегнул пальто и вышел в коридор.

Замок щёлкнул дважды. В квартире стало темно и пусто, и только за стеной продолжал кашлять чахоточный сосед.

* * *

…Утром я первым делом купил у газетчика на углу с Четвёртой Рождественской «Петербургский листок» за две копейки и тут же, стоя у фонарного столба, развернул.

Происшествие на Невском держалось в газетах уже несколько дней. «Расследуется дерзкое покушение на действительного статского советника Н. П. Рахманова». Заметка была короткая, без подробностей, без моей фамилии — и слава богу. Дальше шли обычные петербургские новости: война с Японией, заседание городской думы, реклама «Эликсира доктора Шольца от нервного истощения» и объявления.

Объявления меня и интересовали.

Я перелистнул на последние страницы. Мелкий шрифт, убористые столбцы. «Требуется приказчик в мануфактурный магазин». «Уроки французского языка, цена по соглашению». «Продаётся рояль фирмы Беккер, мало бывший в употреблении».

Но я искал медицину.

«Курсы повивальных бабок при Надеждинском родильном доме. Приём прошений — до 1 октября».

Нет. Не то. Повивальная бабка из меня не получится точно.

«Школа фельдшериц и фельдшерских учениц Общества Красного Креста».

Фельдшериц. Женские курсы. Мимо. Разве что переодеться в женское платье и раздобыть новые документы. Наверняка такое было в какой-нибудь комедии, но мне не подходит.

«Приготовительные фельдшерские курсы при Обуховской больнице. Обучение ротных фельдшеров и вольнослушателей. Справки — канцелярия больницы, Фонтанка, 106».

Вот оно. Обуховская больница — одна из крупнейших городских больниц, подчинённая Петербургской городской думе, а не военному ведомству и не Министерству внутренних дел. Городская дума — это совсем другое начальство. Извеков-старший сидит в Департаменте полиции, и руки у него длинные, но городское самоуправление — отдельная структура. Другие люди, другие связи, другие деньги. Шанс, что Извеков дотянется сюда есть, но он куда меньше.