Поэтому надо преподать урок.

…Они бросились на меня одновременно, сообразив, что ситуация, так сказать, выходит из-под контроля, во время инструктажа всех нюансов мероприятия не рассказали. Крупный бежал тяжело, с рыком, замахиваясь арматуриной из-за головы, как палицей. Мелкий забирал чуть правее, целя, похоже, в колени.

Я быстро шагнул навстречу тому, что слева — к крупному. Именно навстречу, сокращая дистанцию, не давая ему закончить замах. И ударил трубой сверху вниз, коротко.

Он попытался заблокировать, и мой удар соскользнул по железу, потеряв часть силы. Но только часть. Труба обрушилась ему на макушку с мерзким глухим звуком, от которого у меня самого сжался желудок.

Только бы не убить.

Крупный покачнулся. Картуз слетел, обнажив грязную лысину, и по ней тут же хлынула кровь. Сильно, густо, заливая лоб и глаза. Скальпированная рана, подсказал врачебный автоматизм. Кожа головы богата сосудами, кровотечение всегда выглядит страшнее, чем есть. Возможно, линейный перелом теменной кости, но может, обошлось рассечением надкостницы. Так или иначе, крупный рухнул на колени, потом завалился на бок и остался лежать, зажимая голову руками. Кровь текла сквозь пальцы на булыжник.

Я перевел взгляд на последнего.

Мелкий стоял в двух саженях от меня, и я видел, как ходит ходуном его кадык. Глаза метались от меня к лежащим товарищам по грязной работе и обратно. Потом он быстро оглянулся, оценивая путь к отступлению.

Я перехватил трубу поудобнее.

Мелкий посмотрел на нее, и что-то в нем надломилось. Арматурина выпала из его рук, зазвенела по камням. Он упал на колени. Решил, что ноги у меня длиннее, физическая форма лучше и я непременно догоню.

— Не погуби, — выдохнул он. — Прости, Христом Богом прошу… Смилуйся, барин…

— Кто послал? — спросил я.

Он замотал головой, но как-то не убедительно. Не «не знаю», а «боюсь сказать».

— Кто послал? — повторил я и поднял трубу.

— Леня, — выговорил мелкий и втянул голову в плечи, словно ожидая удара за одно это имя. — Леня нас послал.

— Который при докторе?

— Ну да, ну да… Вексель.

— Как, как?

— Леня… прозвище у него — Вексель. Потому что деньгам всегда лад давал, и тратил по уму. А фамилия — Кудряш. Ты же его знаешь.

— И зачем господин Вексель вас послал? Уж послал, так послал… — усмехнулся я.

Молчание. Мелкий смотрел в землю, кусая губы. Крупный бандит за моей спиной тихо стонал. Ну хоть живой. Хотя травма головы штука такая — можно прийти в себя, несколько дней ходить, как ни в чем не бывало, а потом раз — и все. Эпидуральная гематома (кровь скапливается между костью и твердой мозговой оболочкой), субдуральная гематома, более медленная — кровь уже под твердой оболочкой, внитримозговое кровоизлияние, отек мозга, тромбоз сосудов мозга, и даже инфекция, если открытая рана (то есть, как сейчас).