— Нам известно, — генерал слегка понизил голос, — о преступных действиях доктора Извекова в отношении вас. О мошенничестве, хищении документа и физическом насилии. Это дело взято под контроль.

Татаринов стоял чуть позади генерала и с подобострастием смотрел на него. Спектакль был разыгран безупречно. Особенно Татаринов. С его артистизмом ему впору было бросить сыск и идти на сцену.

— Ваше превосходительство, — выдавил Клюев, и голос у него сел, — я не понимаю… Я ведь никому…

— Именно поэтому я здесь, — перебил Ершов. — Мне нужно ваше заявление. Официальное, письменное. Без него закон бессилен, какие бы сведения мы ни имели.

— Но Извеков… У него дядя… — Клюев запнулся. — Они же…

— Илья Семенович, — генерал чуть подался вперед, и ордена на его груди тускло блеснули, — я даю вам свое слово. Дело будет доведено до конца. Извеков не заставит его закрыть. Ни он, ни его дядя. Вы находитесь под полным контролем и защитой.

Клюев сглотнул. Посмотрел еще раз на генеральские погоны. На саблю. На кресты.

— Я понял, — сказал он хрипло. — Я напишу. Я все напишу.

Мы погрузились в коляски. Клюев ехал с генералом и Татариновым, сжимая на коленях потертый картуз. Я сел во вторую коляску с агентами.

Напротив Суворовского мы остановились.

Татаринов вышел из коляски и подошел ко мне.

— Вадим Александрович, — он протянул мне руку на прощанье, — читайте газеты. В ближайшее время там появятся интересные сообщения.

— Благодарю вас, — ответил я.

Татаринов усмехнулся, приподнял шляпу, сунул мне свою визитку со словами «вдруг пригодится» и вернулся в коляску. Экипаж дернулся и покатил в вечернюю темноту, растворившись за поворотом.

…На следующий день я купил газету у мальчишки-разносчика на углу Суворовского. «Биржевые ведомости», утренний выпуск, еще пахнущий типографской краской. Сунул разносчику копейку, развернул лист прямо на ходу.

Заметка пряталась на третьей полосе, в разделе городской хроники, набранная мелким шрифтом между сообщением о пожаре на Выборгской стороне и объявлением о благотворительном базаре. Я пробежал глазами первые строки и остановился.

«В ночь на вчерашний день в квартире одного из известных столичных врачей, г-на И. А. С., проживающего на Литейном проспекте, произведён был внезапный обыск по распоряжению следственных властей. По свидетельству очевидцев, полицейские чины прибыли к дому около полуночи и оставались в квартире врача продолжительное время. В ходе следственных действий изъяты были различные бумаги и частная переписка.»

Я перечитал абзац дважды. И. А. С. — только инициалы, как водится в подобных публикациях, но спутать невозможно. Литейный проспект. Известный столичный врач. Кому надо, тот поймет.