Павел пролистал альбом до конца. Фотографии были старыми. Из последних лет ничего не сохранилось. Он редко делал снимки. В основном фотографировала Татьяна. У нее был настоящий дар увидеть хороший кадр, поймать мгновение и законсервировать его, как муху в янтаре.
В его телефоне хранились презентации, какие-то видео, скачанные из сетей, одним словом, хлам. Раньше, когда они путешествовали вместе, Татьяна делала слайд-шоу, но, как правило, не находилось времени, чтобы их посмотреть, а теперь Павел был бы и рад предаться воспоминаниям, но Татьяна забрала свой ноут с собой, а с ним и все мгновения, которые попали в объектив.
Мысленное путешествие в прошлое настроения не прибавило. Каждый найдет в своей жизни моменты, которые хотелось бы переписать заново. Но, увы, прошлое изменить нельзя.
Павлу вспомнился монах из заснеженной часовни. Он советовал принимать любую ситуацию с благодарностью. Что ж, оставалось благодарить судьбу, что к сорока двум годам Павел обрел самостоятельность. Он всегда был в хороших руках, а теперь мальчик вырос и должен все решать сам.
Павел вдруг с ужасом осознал, что перед ним больше не стоит вопрос, позволять или не позволять роману выйти под чужим именем. Отослав рукопись на телевидение, шантажистка сожгла все мосты. Отступать было некуда.
Он включил компьютер и открыл папку с романом. Здесь было все: отдельные главы и текст целиком, заметки, цитаты, правки… Он открыл файл с названием «окончательный вариант» и начал читать. Его пронзила ностальгия. Павел заново переживал каждый эпизод, видел не только то, что вошло в роман, но и детали, которые остались за кадром.
Взять хотя бы сцену аварии на загородном шоссе. Изначально она была другой. Сколько было сомнений, правок и вариантов, прежде чем она обрела нынешний вид. Странно устроена память, он вспоминал мелочи, которые давно забыл.
Он бился над третьей главой, когда ему позвонили и напомнили о встрече в научной библиотеке. Пришлось прервать работу буквально на полуслове. Он выскочил из дома в тапочках и заметил это, только когда садился в машину.
А сцена, когда бабка печет хлеб! Он побежал в пекарню на углу соседнего дома, купил еще горячий батон и возвращался домой, вдыхая его аромат, отламывая по кусочку, чтобы потом передать в тексте запах и вкус свежевыпеченного хлеба.
Воспоминания выныривали из глубин сознания. Павел не подозревал, что память способна хранить так много, казалось бы, незначительных деталей.
Вспомнился застрявший лифт, где он просидел полтора часа и вчерне набросал целую главу. Видимо, не зря говорят, что ограничения открывают возможности. Скорчившись на корточках в лифтовой кабине, он работал на удивление быстро. Фразы сами рождались в голове, только успевай записывать.