— Работаешь с архивными документами? Не знал, что их свободно выдают на дом. Или писателям делают исключение? — спросил академик.
Павел хотел солгать, поддержав версию тестя, но потом что-то в нем воспротивилось. Почему он должен юлить и вечно под кого-то подстраиваться? В конце концов, он взрослый человек, а не школьник, забывший сделать домашку. Он и так слишком долго пытался заслужить одобрение старика.
— Вам разве Татьяна не говорила, что происходит? — сказал Павел, как с вышки рухнул в холодную воду.
— Обычно мы с Таней тебя не обсуждаем. У нас находятся другие темы.
Значит, Татьяна не проговорилась? Впрочем, какое это имеет значение. На фоне происходящего злорадство тестя было комариным укусом, почесал и забыл. Какой смысл, подобно страусу, прятать голову в песок, выставив для шпилек голый зад? Пускай тесть язвит, пускай отпускает свои шуточки. Павел находился на той стадии нервного напряжения, когда неприязнь тестя отошла на второй план и больше не задевала.
— И что же такого Татьяна должна была мне поведать? Надеюсь, вы не разводитесь? Это было бы чудовищной ошибкой.
«Да неужели!» — хотелось воскликнуть Павлу, но вместо этого он выпалил:
— Меня шантажируют.
— И что такое ты совершил, за что тебя можно шантажировать? Убил? Ограбил банк? — пошутил академик.
— Не смешно. Меня обвиняют в плагиате. Якобы «Алхимию счастья» написал не я.
— Вот как? Надеюсь, это неправда?
— А вам хочется, чтобы я оказался вором? — вспылил Павел.
— Не кипятись. У тебя много недостатков, но ты не опустишься до плагиата. Тебе нравится твоя работа. Вряд ли ты позволишь другим делать ее за тебя. Мне кажется, тебя увлекает процесс даже больше, чем результат.
Павел опешил. Он никак не ожидал от тестя такой проницательности. В самом деле, никакие публикации, почести и автограф-сессии не приносили столько удовольствия, сколько работа над романом со всеми ее тупиками, кризисами и моментами озарения.
Академик кивнул на раскрытую папку:
— Можно полюбопытствовать?
Павел безразлично повел плечами.
Нестор Петрович пробежал взглядом по странице и сказал:
— Это не твой роман. Я его прекрасно помню.
— Это другой роман, который я только что завершил.
— А к чему такая мистификация? Зачем было печатать его на машинке? Компьютер не создавал нужного настроения? — усмехнулся Нестор Петрович.
— Это печатал не я.
— А кто?
— Тот самый старик, который претендует на авторство первого.
— Это розыгрыш?
— Если бы, — вздохнул Павел. — Неделю назад ко мне подошла девушка, обвинила в том, что я украл у ее деда роман «Алхимия счастья», и поставила условие: если я не помогу напечатать второй роман деда, она прилюдно обвинит меня в плагиате. Эту рукопись принесла она. Сначала я ее даже читать не собирался, а потом открыл и пришел в ужас. Это дословное повторение романа, который я завершил буквально на днях. На неделе собирался отправить текст в издательство, но похоже, от этого придется отказаться.