— Нормально. С сексом у меня проблем нет, а Александра не единственный выдающийся экземпляр в столице.
В этот момент Александра, словно почувствовав, что о ней говорят, поворачивается и смотрит на меня, и я вспоминаю о своём плане развязать ей язык, временно вытесненном инцидентом на танцполе. Разливаю виски и жестом подзываю её к столу.
— Пей, — впихиваю рюмку ей в ладонь.
— Спасибо, Кирилл Алексеевич, но мне хватит.
Она снова включает свой АСМР-голос — верный признак того, что опять пытается обернуть ситуацию на свою пользу. Вот хер ей.
— Считай, что это приказ.
От гневных проблесков в её взгляде я получаю садистское наслаждение. Такая реакция куда приятнее, чем её лживые улыбки и весёлое щебетание. Сейчас лже-ассистентка готова выклевать мне глаза, но сдерживает себя, потому что не хочет потерять работу. В мире вновь воцарилось равновесие — стерва подо мной. Рычит, царапается, но выбраться пока не может. Осталось выяснить причины.
Александра берёт рюмку, крутит её в руках, нервно жуёт губу. К её несчастью, никакой пальмы-алкоголички поблизости нет, а я за ней пристально слежу. Придётся выпить.
— За вас, Кирилл Алексеевич, — недобро скалится она и залпом осушает содержимое.
Я выпиваю за ней следом и кивком головы показываю сесть рядом. Отчётливо вижу, что первая её реакция сказать «Нет», потому что эта строптивая коза уж слишком привыкла крутить окружающими. Она вовремя одёргивает себя, раздвигает губы в улыбке и, взмахнув волосами, приземляется рядом. Такой выверенной посадке после пятидесятиградусного напитка можно только поаплодировать — возьми она чуть правее, сидела бы у меня на коленях.
— Как проходит ваш вечер? — Александра щурит раскосые кошачьи глаза, которые сейчас ощутимо изменили выражение. «Гленфарклас» 1959 года сделал своё дело — девчонка опьянела.
— Отлично. Подумал, что неплохо бы побольше узнать о своей новой сотруднице.
— М-м-м… А что вы хотите узнать обо мне?
Всё то же: какого чёрта ты забыла в моей жизни. Вслух же произношу:
— Всё что угодно.
Александра задумчиво закатывает глаза, затем округляет рот буквой «О» и потом произносит совсем не то, что я ожидаю услышать:
— Вы знали, что я обожаю баскетбол? Ни одного матча в Нью-Йорке не пропускала.
Мне приходится терпеливо выслушивать о том, что она не пропускает ни одной игры, каких знаменитостей она встречала на матчах Нью-Йорк Никс и что однажды ей выпал шанс бросить мяч в кольцо с середины площадки. Я люблю футбол и совершенно равнодушен к этому бестолковому виду спорта для чернокожих переростков, поэтому по истечении десятой минуты наливаю ещё рюмку и заставляю Александру её выпить. Особенно настораживает, что за весь разговор она ни словом не обмолвилась о том, что встречалась с игроком «Никс», потому что я был уверен, что спьяну ей обязательно захочется этим прихвастнуть.