— Ну, тогда у нас один-один, потому что ты не отвечаешь на мои.
— Когда?
— Что когда?
— Когда ты мне звонила?
Я с досадой осознаю, что сейчас выгляжу далеко не стервой, а обиженным ребёнком и, скрестив руки на груди, с неохотой бурчу:
— Вчера в обед.
— Значит, я был занят и не увидел.
— Ну так значит и я была занята, когда ты решил мне перезвонить.
Серов склоняет голову на бок и иронично щурится:
— И чем же?
Ела пирожки и получала пиздюлей.
— У меня было очень много важных дел. Не один ты такой занятой.
Кирилл со вздохом залезает в карман и извлекает из него телефон. Разблокирует его и тычет экран мне в лицо:
— Давай вместе полистаем.
Я хочу презрительно фыркнуть, но его палец уже быстро проматывает номера, гипнотизируя меня мелькающими цифрами. Пытаюсь разглядеть женские имена в списке вызовов, но хитрый козлина листает слишком быстро.
— У тебя кожа на пальце не слезла? Ты уже девяностые листаешь.
Серов издаёт снисходительный смешок.
— Это звонки за сегодняшнее утро.
К тому времени как мы подбираемся к вызовам за предыдущий день, у меня затекают ноги, а больная лодыжка непрозрачно намекает, что я зря так быстро разжаловала кроксы. Два моих скромных пропущенных оказываются завалены горой других неотвеченных звонков. Вроде бы это не должно меня сильно утешить, но почему-то утешает. Серов оказывается даже более востребованным, чем аптечные намордники.
— А что, сложно дописать три буквы в моём имени? Что за ленивая «С»?
— Я почти собирался, но ты просто не даёшь мне шанса. А теперь, если у тебя больше нет ко мне вопросов, сядь в машину.
Я даже себе не могу объяснить, почему вновь его слушаюсь и, поздоровавшись с застывшим Вадимом, ныряю в салон. Серов садится за мной следом и захлопывает дверь, однако мы продолжаем стоять на месте.
— Теперь ты, — требовательно произносит он, вонзая в меня тяжёлый взгляд. — Почему не отвечала на мои звонки?
Неожиданно вчерашний поступок начинает казаться мне идиотским, но вида я, конечно, подать не могу.
— Я же сказала, что была чрезвычайно занята.
— Настолько, что на следующий день решила похвастаться своим аппетитом перед клоуном в цветных гольфах?
Чёрт, кажется, весь ресторан видел это чулочно-носочное убожество.
— Даже если и так, — с деланым равнодушием отвечаю я. — Не помню, чтобы мы договаривались об эксклюзиве. И если ты думаешь, что после случившегося я тебе что-то должна, то…
— Блядь, как ты меня достала, — рявкает Серов и, обхватив ладонью мою шею, дёргает меня к себе. Как и все предыдущие разы, я не успеваю понять, в какой момент оказываюсь сидящей у него коленях, его руки мнут мою задницу, а мой язык танцует ламбаду у него во рту.