Она гордо вздергивает подбородок.
— Уж простите, я еще не стала циничной и черствой во всем, что связано с сексом.
Я протягиваю руку и нежно провожу большим пальцем по ее щеке. Плевать, что нет официального повода для ласки, я просто отчетливо сознаю: коснуться Лайлы нужно сию же секунду, иначе собьется дыхание.
— Да брось, я просто дразню тебя, солнышко. Само собой, все зашло гораздо дальше обычного траха.
Приобняв ее за плечи и любуясь замешательством, я увлекаю нас в сторону зоны отдыха.
— Ну же, пора бы наконец услышать о твоем знаменитом списке. Признаться честно, воображение нешуточно разыгралось.
Лайла тихонько фыркает, отчего вдоль позвоночника пробегает волна приятной дрожи.
Шагая по магазину, я невольно восхищаюсь тем, как здесь все обустроено. Белоснежные стеллажи служат идеальным фоном для пестрых книжных корешков, наполняющих пространство сочными красками, а свободные места заполняет разнообразный декор. Закладки, холщовые сумки, свечи и даже значки искусно повсюду расставлены. И наконец, в уютном уголке для чтения целая стена оклеена вырванными из книг страницами, а над ней красуется розовая неоновая вывеска «Аллея влюбленных». Более подходящего места для предстоящего разговора просто не сыскать.
Лайла опускается на самый дальний край дивана. Щеки пылают тем же багровым оттенком, что и волосы, и пока она заправляет выбившийся локон за ухо, упорно избегая взгляда, во мне невольно шевелится мысль: а не успел ли я все запороть? Потянувшись к Лайле, я мягко сжимаю ее ладонь.
— Прости за выходку. Обещаю, я просто пошутил. Уговор действительно важен, и поверь: для меня он вовсе не пустяк. Я не причиню тебе боли, Лайла, в этом могу поклясться.
Уловив искренность в моем голосе, она наконец поднимает глаза, наполненные щемящей беззащитностью.
Лайла крепче сжимает мою руку.
— Спасибо.
Я пытаюсь ободряюще улыбнуться.
— Понимаю, как ты нервничаешь, но если мы хотим, чтобы все получилось, главное – разговаривать друг с другом. Я уже неплохо научился читать твои скрытые знаки, и все же нужно быть уверенным: если вдруг станет некомфортно, ты не промолчишь и скажешь об этом прямо.
Кивнув, Лайла наконец отпускает покусанную нижнюю губу.
— Да, конечно.
Откинувшись на спинку дивана, я слегка раздвигаю ноги, позволяя бедру соприкоснуться с ее.
— Ну, выкладывай, солнышко. Что там в списке?
Она неловко ерзает, разглаживает ладонями юбку, а затем подцепляет пальцами край подола, принимаясь неистово крутить и теребить ткань.
— Н-ну... Есть один самый очевидный пункт.
Я киваю, втайне наслаждаясь ее волнением: до чего же Лайла очаровательна.