— Просто не хочется объявлять всему миру, что мы стали друзьями с привилегиями, — поясняет она.
— Разумно. Какие-то еще правила будут?
Прикусив губу, Лайла принимается теребить подол платья.
— Может, установим временные рамки?
Я хмурюсь.
— Зачем?
Она пожимает плечами.
— Ну, мало ли. У меня никогда не было близости, но слышала, что после начала занятий сексом трудно не привязаться. Как относишься к тому, чтобы прекратить, как только кто-то из нас почувствует, что влюбляется?
Поздняк метаться , подмывает буркнуть, но вместо этого я послушно киваю: для меня-то и впрямь все слишком далеко зашло. Я по уши влюбился, и пути назад нет.
— Идет.
— И... и если встретишь кого-то, с кем захочешь встречаться, я все пойму. Не хочется связывать тебя по рукам и ногам.
На моих скулах ходят желваки. Ну когда же до Лайлы дойдет, что нужна мне только она?
— Меня никто другой не интересует.
— Ну, просто на случай, если встретишь...
— Не встречу.
Уголок губ подергивается, пока ее глаза возмущенно вспыхивают.
— Ты говоришь слишком безапелляционно о вещах, в которых нельзя быть уверенным.
— Я точно знаю, чего хочу.
— И чего же?
— Теб...
— Приветики, голубки!
От неожиданности Лайла едва не подпрыгивает. В зал ураганом возвращается Энн и, расплываясь в широкой улыбке, спрашивает:
— Не хотите ли под конец выбрать какие-нибудь книги?
Лайла поспешно отодвигается, разглаживая подол платья.
— Боже, у меня чуть сердце не выпрыгнуло!
— Прости, дорогая! Я постучала несколько раз, но вы были слишком поглощены друг другом!
Хмыкнув, я поднимаюсь с дивана, мысленно благодаря судьбу за то, что член опустился в ту самую секунду, когда Лайла окрестила меня своимдругом . Я опускаю взгляд на подушки, гадая, велики ли шансы выкупить диван и притащить к себе в спальню.Пожалуй, маловато.
— Никаких книг не...
— Книг будет уйма, — бесцеремонно перебиваю я. Ухмыляясь, принимаюсь кружить по залу и сгребать с полок все те тома, на которые она указывала, делясь планами на чтение. — Дай-ка я их соберу.
С разинутым от изумления ртом Лайла семенит следом.
— Киран! — яростно шепчет она. — Вовсе не нужно покупать мне книги.
— «Нужно» и «хочется» – совершенно разные вещи.
— Но как ты вообще умудрился запомнить...
— Все, что связано с тобой, я всегда помню, — повернувшись, я демонстрирую внушительную стопку в своих руках. — Хотя, может, что-то упустил? — я принимаюсь заново перечитывать названия на корешках, напрягая память, и тут до меня доходит, какого именно романа не хватает. Но в этот миг я замечаю, что Лайла тоже притихла. Взгляд, которым она меня одаривает, разительно изменился: в нем появилось нечто иное... куда более весомое.