— Здесь.
— Сейчас проверю, готовы ли они. На что именно сдавали?
Я безрадостно усмехаюсь.
— Да на все на свете.
Понимающе кивая, доктор берет очки для чтения и устраивает на кончике носа.
— Ах да, вижу, — доктор Монтари склоняет голову набок, углубляясь в чтение, и тишина в кабинете становится почти осязаемой.
Кажется, волны исходящего от Кирана гнева можно потрогать руками – настолько они живые. Наклонившись, я шепчу:
— Киран, теперь все хорошо. Все можно исправить.
— Такого вообще не должно было случиться, солнышко.
— Простите, я на минутку. Сейчас вернусь.
Я хмурюсь, провожая взглядом доктора Монтари: невысокие каблуки цокают по полу, а юбка-карандаш шуршит при каждом шаге.
— Что за... Она никогда не уходит посреди приема.
Киран, должно быть, замечает панику на моем лице, потому что наклоняется и целует в лоб.
— Уверен, она просто пошла распечатать результаты анализов.
Я указываю пальцем на принтер, стоящий прямо на столе.
Поджав губы, Киран выдвигает новую версию:
— Может, бумага закончилась?

Дело оказывается вовсе не в бумаге.
Спустя десять минут доктор возвращается, на губах играет натянутая улыбка, а следом заходит медсестра, катя перед собой портативный аппарат УЗИ.
— Извини, что заставила ждать, Лайла, — опустившись на стул напротив, она переходит на подчеркнуто сухой, профессиональный тон, оперируя исключительно фактами, и я прекрасно понимаю, что за этим кроется. Я обошла слишком много врачебных кабинетов, чтобы понять: подобная интонация не сулит ничего хорошего.
Мертвой хваткой вцепившись в руку Кирана, я подаюсь вперед на стуле.
— Все в порядке?
Доктор Монтари сцепляет пальцы на коленях, и я замечаю, какой хрупкой она выглядит в эту секунду – куда старше, чем в день нашего знакомства. Всегда казалось, будто она совершенно не меняется с годами.
— В лаборатории сделали тесты, о которых ты говорила, а заодно проверили и уровень гормонов. К сожалению, результаты неутешительные: у тебя понижен АМГ и эстрадиол, а показатели ФСГ, напротив, сильно завышены.
— Что вы имеете в виду? — опережает Киран: у меня от страха язык прирос к небу.
— Лайла, я бы хотела провести трансвагинальное УЗИ, если ты не против.
— Чтобы проверить что? — спрашиваю я, наконец обретая дар речи.
Она смачивает губы.
— Такие результаты анализов указывают на то, что яичники, возможно... работают не совсем так, как должны. Я хочу сделать УЗИ, чтобы прояснить картину.
Я учащенно моргаю и отстраняюсь, словно от удара.
— М-мои яичники?
— Да, — буднично подтверждает она.
И внезапно, как бы ни поддерживало присутствие Кирана, сколько бы утешения и уверенности оно ни приносило, мне до боли хочется, чтобы рядом оказалась мама: обняла крепко-крепко и пообещала, что все образуется. Я мечтаю остановить время, заставить замолкнуть все голоса, вернуться на полчаса назад – в те мгновения, когда наивно списывала все на обычное обострение волчанки.