Оглядев кухню, я качаю головой.
— Ой, даже не начинай.
Белла перехватывает Бэмби за ошейник и утягивает назад, уберегая от шоколадного хаоса.
Эмми продолжает брыкаться.
— Ну же, пойдем переоденемся. Помнишь: если Бэмби съест хоть кусочек шоколада, ей станет плохо. Мы же этого не хотим, верно, Эмми?
Девчушка внезапно замирает и опускает взгляд на Бэмби. Медленно покачав головой, она наконец перестает вырываться и принимается отчаянно тыкать пальчиком в сторону лестницы.
— Да-да, идем. Я быстро, обещаю.
В детской я меняю испачканное платье на чистое: точно такое же, только синее и сплошь усыпанное подсолнухами. Стоит завязать сзади пышный бант, как Эмми в мгновение ока срывается с места.
Спустившись следом, я застаю их с Бэмби за шумной игрой в догонялки вокруг дивана в гостиной.
— Ну и красота же у вас! — восхищается Белла, обводя комнату широким жестом.
Я вновь оглядываю гостиную, подмечая, как гармонично и уютно сочетается между собой мебель.
— Закончили перестановку прямо перед тем, как приняться за выпечку.
— И брауни напекли, и дизайн интерьера обновили... Киран тебе явно недоплачивает.
— О, поверь, он платит более чем достаточно, — улыбаюсь я.Этого с лихвой достаточно, чтобы заглушить чувство вины, пока я помогаю родителям заново собирать пенсионные накопления. Я наставляю на нее палец. — Кстати, он хочет заказать у тебя несколько работ.
При упоминании искусства к щекам Беллы приливает румянец. В самый разгар скорби я всерьез опасалась, что она окончательно опустит руки – ведь именно мама привила любовь к рисованию, – однако Белла поступила с точностью наоборот. Свою боль она без остатка излила в творчество, и это заметно в каждой детали: сколько там страсти, любви и нежности.
Триша безмерно гордилась бы ею, всем тем путем, что Белла прошла, и открывшейся галереей.
Стоит ей выложить в сеть новую работу, как спрос взлетает так, что ее раскупают за считаные часы. Грейсон, неизменный преданный фанат, в дни релизов проявляет невероятную активность в соцсетях, созывая всех подряд за покупками.
Глядя на то, как Белла устремляется вслед за своими мечтами и воплощает их в жизнь, невозможно не вдохновиться. Быть может, когда-нибудь и я рискну погнаться за собственной – и речь вовсе не о той скромной задумке, которой делюсь со всеми подряд. Нет, о сокровенной тайне, лелеемой с самого детства, о которой не осмеливаюсь обмолвиться ни единой живой душе из страха, что в этой жизни так и не суждено будет ее достичь.
— И сколько же штук ему нужно? Хотя бы сказал, что на уме?
Я не сдерживаю смешка.