— Первым делом нужно переодеться. Что желает надеть королева Эмми?
От ее тихого смешка в ответ на придуманное прозвище сердце тает. Я мгновенно осознаю: Киран далеко не единственный, кто готов на все ради этих звуков.

Спустя два часа под чутким руководством Эмми – а под руководством я подразумеваю хаотичные жесты пальчиком и восторженные хлопки в ладоши – мы наконец-то переставили мебель в гостиной. Теперь она напоминает уютное семейное гнездышко, а не забитую хламом барахолку.
И вот теперь мы стоим на кухне – Эмми устроилась рядышком на специальной подставке, купленной Кираном, чтобы дочка могла безопасно помогать в готовке, – обе с ног до головы перемазанные в шоколаде, ведь тесто для брауни разлетелось скорее по нам, нежели попало в форму для выпечки. На платье Эмми уже практически невозможно разглядеть розовый цветочный узор, однако царящий разгром определенно стоит ее сияющей улыбки и ямочек на щеках, обнажившихся во всей красе и до невероятного похожих на отцовские.
— В следующий раз надо будет приготовить лакомства для собак, — наставляю я малышку, пока та слизывает с ложки шоколадную глазурь. — Собакам шоколад вреден. Им его нельзя, не то сильно разболеются.
Эмми смотрит на пирожные с таким видом, будто те лично погубили Бэмби.
Прикусив изнутри щеку, я изо всех сил стараюсь не расхохотаться.
— Все хорошо, Эмми, мы уберем их повыше на кухонный стол, туда, где она ни за что не достанет.
— Эй, есть кто дома? — доносится звонкий оклик Беллы.
Не успеваю я и глазом моргнуть, как Эмми сползает вниз, умудряясь протиснуться под защитной перекладиной. Извивается она точь-в-точь как скользкий червячок, но стоит выбраться на свободу, как я тут же подхватываю ее на руки.
— Мы здесь! — отзываюсь я.
Из-за угла, уткнув нос в пол, вылетает Бэмби, отбивая хвостом сумасшедший ритм. Завидев Эмми у меня на руках, собака коротко тявкает и бросается вперед, преданно ожидая, когда же я опущу ее лучшую подружку на пол.
Эмми вовсю принимается вырываться: на руках она не выносит сидеть лишь в одном случае: когда поблизости крутится Бэмби.
— Эмми, радость моя, ты же вся в шоколаде. Нельзя давать Бэмби тебя облизывать, — пытаюсь я вразумить девочку, но та и слушать не желает.
Я изо всех сил удерживаю малышку, готовую сию секунду сигануть на пол, когда из-за угла появляется Белла; окинув взглядом меня и то, во что превратилась кухня Кирана, она запрокидывает голову и заливается хохотом.
— Я знала, конечно, что кулинар из тебя так себе, но, Лай, тут ты превзошла саму себя, — выдавливает она, задыхаясь от смеха.