— Нет, — вырвалось из горла сипло, прерывисто. — Только не сейчас.
Но моим мозгам было плевать: зрение сузилось до точки, а в легких разрослось что-то острое и удушающее. Я слишком хорошо знал это чувство, и от этого становилось только хуже. Потому что в последний раз я испытывал подобное в тот день, когда стоял у гроба. В день, когда всё внутри меня опустело и обрушилось, пока я присутствовал на похоронах собственной матери.
Воспоминание ударило под дых, и я внезапно снова оказался там: слишком тесная черная одежда и звуки людей, шептавшихся вполголоса — будто это имело хоть какой-то смысл, будто могло хоть что-то изменить. Мои руки на коленях сжались в кулаки.
Я крепко зажмурился, с трудом втягивая дрожащий воздух. Мне нужно было что-то реальное, что-то осязаемое, чтобы вернуть себя в реальность. И мгновенно перед глазами возникли её карие глаза. Тепло в них было всем, в чем я нуждался. Огонь, бушевавший за ними, — тот азарт, отказывавшийся гаснуть. Я вцепился в него. Вцепился в неё.
В груди слегка отпустило — совсем чуть-чуть. Сделай вдох, сделай выдох. Давление спало ровно настолько, чтобы я снова смог думать. Вскоре паника ослабила свою хватку. Я открыл глаза и увидел мир, который всё еще слегка плыл, но больше не рушился. Снова потянувшись к телефону, я отыскал один конкретный номер.
Я пролистал контакт Кайрина. Он был полезен во многих вещах, но сердце у него было слишком мягким. Эмбер будет сопротивляться, она не захочет, чтобы её нашли. Мне нужен был тот, кто справится с этим, кто умеет получать удовольствие от темной стороны вещей.
Грейсон ответил после первого же гудка.
— Что тебе нужно? — спросил он.
Я тихо усмехнулся, проглатывая последствия только что выигранной битвы с самим собой:
— Пока ничего.
Повисла пауза, после чего в его голосе проскользнули веселые нотки:
— Чего ты хочешь, Сайлас?
Я улыбнулся, осознавая, какой хаос собираюсь развязать:
— Хочешь сыграть в игру?
Раздался низкий, довольный смешок:
— Ты серьезно?
Он звучал заинтересованно, и это было всё, что мне требовалось, чтобы найти её.
— Смертельно.
— Я в деле, — отчеканил он без колебаний.
Я снова завел машину, направив все дефлекторы обдува на себя:
— Девушка по имени Эмбер прячется. Она принадлежит мне, и нам нужно её найти.
— Значит, она бежит? — спросил он, и его любопытство явно разгорелось с новой силой.
— Прячется, — поправил я. — У нее хватит ума не бежать от меня.
Он задумчиво хмыкнул:
— Какой приз?
Я свернул окно звонка, пробегая глазами по трансляциям в телефоне в поисках зацепок.
— Если ты найдешь её первым, — произнес я спокойно, — ты всю неделю заправляешь клубом и проводишь те самые особые ночи, о которых просил.