Я от всего сердца надеялся, что она это увидела.

Тепло её тела обжигало царапины у меня на груди, где кожа всё еще горела огнем. В своей ярости она разодрала несколько мест до крови, но я не мог ее винить. Все это не имело никакого значения: я позволил бы ей причинить мне куда больший вред, лишь бы получить возможность прожить этот миг с ней. Эта боль стоила того, потому что она мне доверилась. Я видел это даже сейчас, пока она спала у меня на руках. Её пальцы медленно разжались из судорожной хватки, а на выпрямившемся лбу разгладились морщинки. Даже челюсть расслабилась, позволяя губам слегка приоткрываться при каждом вдохе.

Именно это и было моей целью — вся причина, по которой я вообще сдернул маску. Я знал: чтобы мы могли сдвинуться с мертвой точки, я обязан первым предложить ей хрупкую часть самого себя. Оглядываясь назад, это было меньшее, что я мог для нее сделать. Существовала дюжина причин, почему она сегодня сорвалась, и большинство из них так или иначе сводились ко мне. Заставив себя принять часть ответственности за нее, я откинул голову назад и оперся о стену за спиной, стараясь не пошевелить её. Басы снизу мягко вибрировали, но по большей части звук оставался приглушенным, как и всегда. Как и мы сами.

Предупредив всех, что отхожу, я знал, что никто не станет искать меня здесь, а значит, это пространство принадлежит нам ровно столько, сколько потребуется. Самым лучшим было то, что ей здесь уже было комфортно. На данный момент всё было под контролем — за исключением Нокса, который копался чересчур долго.

Хотя со стороны это казалось мелочью, я понимал, сколько шагов задействовано в таком поиске. А еще я знал, что он относится к делу со всей серьезностью, ведь перед моим уходом он пообещал, что найдет ответы. И теперь я просто ждал момента, когда эта тайна разлетится вдребезги.

Я поднял руку и провел пальцами по изгибу её щеки. Её тело слегка вздрогнуло в ответ на прикосновение — будто она всё еще продолжала подсознательно защищаться. Каждая из броней, которую я намеревался с нее сорвать, теперь переходила под мою защиту. Я хотел знать всё. Я хотел слышать её мысли, её страхи и хотел забрать их себе.

Здесь, в моем кабинете, нас все равно никто не тронет. Я был готов поставить на это собственную жизнь.

Устроившись поудобнее с этой мыслью, я прикрыл глаза. Было бы разумно немного отдохнуть прямо сейчас, пока она у меня на руках? Всего на пару минут? Если я не посплю, пока она отдыхает, мне придется выкраивать время на сон позже — роскошь, которой я в данный момент не располагал. Посчитав, что так будет лучше всего, я приподнял её повыше на своей груди и позволил её весу полностью переместиться на меня. Я только успел закрыть глаза, как в кармане взлетел вибросигнал.