— Маш, — перехожу я прямо к делу, — мне нужен адвокат. Хороший. По бракоразводным делам.

Короткая пауза. Я уже думаю, что связь прервалась.

— Есть одна, — отвечает подруга. — Опыта не так много, но хватка, как у акулы. Если видит лазейку, обязательно в неё влезет. Каждое дело разбирает, как своё личное. Скидываю контакт.

Телефон вибрирует. Я замечаю парковку, и уже через пару минут торможу на парковке у торгового центра и набираю незнакомый номер. Женский голос в трубке деловой и короткий, сообщает, что есть время во второй половине дня. Я соглашаюсь, не раздумывая.

Первый шаг сделан. Небольшой. Но настоящий.

В ресторане снова задержка. Поставщики стоят во дворе, что-то не сошлось в накладных, шеф-повар на нервах, я хожу между кухней и залом, решаю, звоню, договариваюсь. До обеда время пролетает незаметно. В этом ритме мне легче всего. Некогда думать о том, что в груди сдавливает тупой болью.

А в обед открывается входная дверь.

Я стою посреди зала с планшетом в руках и смотрю, как он входит. Святослав Березин. В тёмном пиджаке, черной рубашке, без галстука, с букетом белых роз и с той самой улыбкой, медленной, уголком губ, от которой у меня что-то сбивается в груди.

Не сильно. Но сбивается.

— Это, — он протягивает мне розы, — к открытию. Авансом.

Я смотрю на букет, потом на него.

— Ты ещё не знаешь, каким оно будет.

— Знаю достаточно.

Я беру розы. И не знаю, что меня раздражает больше, его уверенность или то, что мне от неё почему-то не хочется отмахиваться.

— Ты голоден? — спрашиваю я, потому что надо что-то спросить.

— Нет. — Он смотрит по сторонам, на голые пока стены, на расставленные столики без скатертей, на стремянку в углу. — Я хотел посмотреть, как тут у тебя все устроенно. Если ты не против.

Я кладу розы на барную стойку и делаю приглашающий жест.

— Тогда смотри.

Я веду его по залу. Объясняю, не торопясь, что здесь будет плотная рассадка, ближе к бару, а у окна столики на двоих, потому что к вечеру сюда падает свет именно так, как нужно. Мягко, почти горизонтально, золотистый. Я специально приходила сюда в разное время суток, прежде чем решить, где что ставить.

— Ты сама это всё просчитывала? — он останавливается у окна, смотрит на улицу. — Свет, рассадку?

— А кто же ещё.

— Дизайнер.

— Дизайнер не знает, как люди едят. — Я встаю рядом. — Есть разница: прийти поесть и прийти провести вечер. Мне нужно второе. Значит, человеку должно быть удобно сидеть долго. Не тесно, не на виду у всего зала, но и не в изоляции. Это тонкая настройка. Её нельзя отдать на аутсорс.

Святослав поворачивается ко мне. Смотрит с тем самым выражением на лице, которое я уже заметила вчера на ужине. Внимательным, без спешки, будто ему правда интересно, а не просто он это спрашивает из вежливости.