Я бегаю между объектами, улыбаюсь, решаю вопросы, держу голову прямо, не сгибаюсь. К вечеру я выжата словно лимон. Ноги гудят, в висках стучит, горло пересохло.

Денис так и не позвонил.

Он ждёт, что я приползу сама. Как всегда.

Я сажусь в машину на парковке последнего объекта, откидываюсь на сиденье и закрываю глаза. Тишина. Наконец-то, тишина. Хочется просто доехать до дома, налить бокал вина и попытаться уснуть.

Телефон вибрирует в руке. На экране подруга Маша.

— Лад, ты где? — голос напряжённый, без привычной лёгкости.

— Только закончила работу. Еду домой. Я сегодня никакая, Маш.

— Нет. Приезжай в «Велур». Сейчас.

Я морщусь. «Велур» — это закрытый элитный лаунж-клуб, куда попасть сложнее, чем на приём к министру. Огромный депозит, охрана на каждом шагу, чтобы наутро в сети не появилось ни одного фото. Место, где солидные мужчины прячут свои слабости и привычки.

— Маш, я реально без сил. Давай в следующий раз, я…

— Лада, — перебивает она, и в голосе появляется жёсткая нотка, которую я почти никогда не слышала от подруги. — Приезжай. Пожалуйста. Это важно.

Что-то в её тоне заставляет меня выпрямиться.

— Что случилось?

— Просто приезжай. Я жду тебя в лаунж-зоне на первом этаже.

Она сбрасывает звонок.

Я сижу ещё минуту, глядя на потухший экран. Потом тихо ругаюсь и завожу мотор. Если Маша так настаивает, значит, действительно что-то серьёзное.

«Велур» встречает меня привычным полумраком и тяжёлым запахом дорогого табака, кальянов и парфюма. Охранник у входа кивает, меня здесь знают. Я поднимаюсь по широкой лестнице, обитой тёмным бархатом. Музыка приглушённая, но уже чувствуется тяжёлый бас, который ближе к ночи будет бить по нервам.

Маша сидит за низким столиком в углу лаунж-зоны. Перед ней стоит нетронутый бокал мартини. Она выглядит взвинченной. Пальцы нервно крутят зажигалку, взгляд бегает. Когда я подхожу, она резко поднимает голову.

— Приехала… — выдыхает она с каким-то странным облегчением.

— Маш, что происходит? — я сажусь напротив. — Ты меня пугаешь. Что случилось? Говори уже.

Она смотрит на меня долгим взглядом, потом кивает куда-то в сторону, на лестницу, ведущую на второй этаж VIP-кабинок.

— Поднимайся наверх.

— Зачем? — я начинаю злиться. День был тяжёлым, нервы на пределе, а она играет в шпионов. — Маша, я после рабочего дня притащилась сюда только потому, что ты сказала «важно». Так говори, в чём дело.

Она выдыхает, проводит рукой по лицу. Голос становится совсем тихим, почти шёпотом.

— Там, наверху… твой.

Я замираю. Слова доходят не сразу.

— И не один. – Добавляет она, опуская глаза.