– Еще вот что хочу сказать, – вспомнила я. – Для гранатов сейчас не сезон, но мы нашли спелый гранат на ферме Джона. У него теплица.
– Думаешь, это мог быть он?.. – спросила Хэтти.
– Он был влюблен в Мартину, – сказала я, – а она обожала гранатовый сок.
– А его подруге это известно? – спросила Джесси, глядя на Диди, кормившую Джона пирогом с курицей.
Я кивнула.
Хэтти подняла брови и сказала:
– Нет ничего страшнее брошенной женщины…
– Интересно, в супермаркете покупателей гранатового сока нашли? – спросила я.
– Спрошу двоюродного брата, Бути, – сказала Джесси. – Он там работает.
Хэтти оглядела зал. Она была выше нас и хорошо видела всех местных и приезжих: семья и друзья Мартины, коллеги по работе, адвентисты седьмого дня.
Она посмотрела на нас и сказала:
– Любой из тех, кто сейчас здесь…
Джесси закончила фразу:
– …может быть убийцей.
Сквозь шум толпы мы услышали протяжный низкий стон.
– Что это? – спросила Джесси.
– Дедушка, – сказала Хэтти.
Оупа согнулся пополам, держась за живот. Чашка и тарелка с недоеденным молочным пирогом соскользнули с колен на пол.
Кэндис бросилась к нему, и мы за ней протолкнулись сквозь собиравшуюся вокруг толпу.
– Помогите, – пробормотал оупа, позеленев. – Меня отравили.
Глава шестьдесят первая
Мы, три журналистки из «Газетт», протиснулись к месту происшествия как одна команда. Джесси встала перед инвалидным креслом дедушки, как телохранитель в кино. Хэтти заняла место за креслом, напоминая острый и колючий терновник, дающий укрытие и тень. Я чуть опоздала – спасти молочный пирог танни Куруман мне не удалось. Он был растоптан и прилип к подошвам ботинок адвентистов седьмого дня.
– Звони Канемайеру, – распорядилась я, но Джесси уже говорила по мобильному.
– Едут, – сообщила она.
– Нужно вызвать скорую, – сказала Хэтти.
– На моей машине будет быстрее, – предложила Кэндис.
Хэтти отошла в сторону, и Кэнди покатила коляску со стариком.
Джесси держалась рядом, расчищая им путь.
– Разрешите. Разрешите, – говорила она людям, мешавшим проехать.
Кэндис управляла коляской, как спортивным автомобилем, но оупа вроде бы справлялся и сам. Мы с Хэтти шли следом и немного отстали. Дэвид тоже увязался за нами, но не сильно торопился.
Мы смотрели, как Кэндис, Джесси и старик уезжают в ее красном кабриолете.
– У тебя вид – никуда не годится, – сказала Хэтти, похлопав меня по плечу.
– Плохо спала, – сказала я.
– Поезжай домой, передохни. Я останусь, помогу все убрать.
– Спасибо, Хэтс. От похорон меня мутит.
Я прошла от церкви квартал до моего бакки. Дорога была ровной, но мне казалось, что я взбираюсь на один из холмов Кару.