Машина притормозила на светофоре у моста. Впереди медленно полз трамвай, внутри угадывались очертания силуэтов пассажиров, которые ехали по своим делам или домой. Водитель стоявшего справа автомобиля, уткнулся в экран телефона. И я увидел на его лице едва заметную улыбку.

Загорелся зеленый, и мы тронулись. Авто пересекло мост и свернуло с набережной. Фонтанка осталась позади. Потянулись тихие, почти безлюдные переулки. А вскоре, в полумраке показался силуэт знакомого дома. Водитель притормозил у калитки, обернулся ко мне и произнес:

— Приехали.

Я кивнул. Вынул бумажник, отсчитал нужную сумму и вышел из салона. В окнах гостиной горел свет, и я вздохнул: скорее всего, Настя все еще доделывала какие-то дела. Мне же хотелось побыть в одиночестве. Я открыл калитку и вошел на передний двор. Пересек территорию, поднялся по ступенькам крыльца и распахнул дверь. Но в гостиной оказалась не Настя.

За столом, наклонившись над своим блокнотом, сидел Михаил и что-то методично перечёркивал карандашом. Рядом стоял кружка с чаем и лежал смятый листок с какими-то расчётами.

Едва я вошел, он поднял голову, посмотрел на меня и улыбнулся:

— Настя сказала, что ты поехал в архив.

— Так и есть, — ответил я и подошел к столу. — А ты чего здесь?

— Зашёл забрать кое-что из мастерской, — объяснил он. — Чай ещё тёплый. Будешь?

— Давай, — согласился я и тяжело опустился в кресло. — Надо бы еще поужинать, но это позже.

Михаил взял стоявший на столе заварочный чайник и налил настоявшегося напитка в кружку. Протянул ее мне:

— Держи. Тебе бы кухарку. Или экономку, которая будет следить за твоим рационом.

— Я же не беспомощный младенец! — возмутился, но емкость взял. Сделал глоток.

Михаил пожал плечами.

— Может, и не младенец, но за питанием не следишь. Уже щеки впали.

— Да почему меня вечно хотят все накормить.

Помощник опять демонстративно пожал плечами.

Я фыркнул, отставил кружку и поплелся на кухню к холодильнику. Вынул упаковку йогурта, повертел, вернул на место. Достал готовые блинчики с творогом.

— Будешь блинчики с начинкой? — крикнул с кухни, предлагая Михаилу разделить трапезу.

— Ага, конечно, — возмутился он, — чтобы Настя мне голову оторвала за то, что объедаю тебя? Ни за что!

— Да тут много, — начал я, но он опять перебил.

— Я не голодный. Серьезно.

— Это она тебя подговорила? Признавайся.

Он не ответил, наверное, опять пожал плечами.

Я сунул блинчики в микроволновку.

— Ладно, заговорщики, — сдался я, пробурчав себе под нос. — Придумаю что-нибудь, чтобы вы не волновались о моем рационе…

— Давно пора, — донесся довольный голос помощника.