— Всё верно, Олесь. А у нас ещё конь не валялся. — Вздохнул Анвар. — Нужно ещё пару человек и кого-то из местных купцов в помощники брать. Сами понимаете, чтобы надёжный был.

— Чего мудрить? — хрипловато вступил второй казак Матвей. — Прямо на невольничий рынок. Наши там наверняка есть. Выкупим кого подходящего, и дело богоугодное сделаем. Только… где бабами да ребятнёй торгуют, туда я не пойду. Не выношу того зрелища. Рука сама к кинжалу тянется.

— Мысль здравая, — кивнул Анвар. — Так и поступим. Смотрите в оба — ищем своих, лучше с казачьего порубежья. С ними и договориться легче, и надежнее будут.

Александрийский невольничий рынок не уступал размерами константинопольскому, но пестрел иными лицами. На площадях преобладали чернокожие рабы из глубины Африки, однако были и европейцы: греки, итальянцы, славяне. Анвар с казаками, не задерживаясь, направился к группе мужчин, мрачно сидевших в стороне. Их выгоревшие на солнце волосы и характерные черты лица не оставляли сомнений в происхождении.

— Эй, хозяин! — громко, привычным тоном человека, умеющего добиваться внимания, позвал Анвар. Одежда его была без кричащей роскоши, но тонкого сукна и добротного шелка; взгляд опытного торговца сразу оценил бы его состояние.

— Приветствую вас, уважаемый господин! Чего желаете? — к ним почти подбежал, семеня, худощавый египтянин в пестром, выцветшем халате. По цепкому, пронырливому взгляду было видно — не хозяин, старший приказчик, от которого многое зависит.

— Мне нужны двое рабов, крепких, из русских или славян. И еще один — грамотный, для счетоводства и переговоров. Желательно из местных, знающий порядки и языки.

— О-о-о! Вам сегодня очень везет, уважаемый господин…ээ — приказчик сделал многообещающую паузу, выжидающе склонив голову.

— Анвар.

— Да-да, уважаемый Анвар! Позвольте вам показать настоящее сокровище, — египтянин поманил их за собой к группе рабов и театральным жестом указал на юношу, сидевшего в стороне. Тот сидел, сгорбившись, уставившись в каменные плиты под ногами, словно пытаясь в них раствориться.

— Эй, ты! Поднимись, когда господа смотрят! — резко крикнул приказчик.

Юноша вздрогнул, но поднялся лишь после грубого толчка сторожа. Теперь его недостаток стал очевиден: левое плечо было неестественно опущено, а линия спины искривлена, что заставляло его стоять в напряженной, скособоченной позе.

— Нет, — покачал головой Анвар, — мне не нужен калека. Мне нужен работник, а не урод, который распугает покупателей.

— Ах, не спешите, почтенный! — затараторил приказчик, понизив голос до доверительного шепота. — Тело его слабо, да ум остер. Он знает языки, пишет и считает лучше иного писца. И ради такого уважаемого господина, как вы, я сделаю исключительную скидку!