- Хорошо, - шепчу, и это слово выходит почти благоговейным. - Очень хорошо.

- Ты ешь, - тихо говорит шейх, когда я снова замираю, прислушиваясь к себе.

И я ем. Ещё кусочек. Ещё глоток кофе, который здесь не обжигает, а мягко согревает изнутри. Смотрю на город за окном — он всё так же шумит, всё так же живёт своей жизнью, где у каждого есть свой маршрут, своя цель. А у меня сейчас — только лепёшка, хумус и по-настоящему незнакомый человек напротив.

- Зачем ты меня сюда привёз? - Спрашиваю, аккуратно протаптывая дорогу к истине. - Я правда не понимаю, для чего это всё. Эта новая игра в хорошего дядю. Либо будь собой, либо...

- Я такой, какой есть, Мальвинка. Наоборот, до встречи с тобой я был таким, каким меня хотели видеть. А теперь... Я просто расслабился. - Пожимает плечами.

- Шейху не свойственно расслабляться. - Щурюсь, пытаясь разглядеть в его глазах хоть каплю правды или, наоборот, лжи.

Он чуть усмехается, будто не обижается на мой скепсис, а даже ценит его.

- Так я и думал. А сейчас я делаю то, что хочу. И сегодня я хочу тебя. - Расплывается в опасной улыбке. - Я нравлюсь тебе. Ты нравишься мне. Я тебя не отпущу. Тебе не так уж нужна свобода, как ты пытаешься показать. Ты сделаешь мне хорошо. Я привезу твою сестру.

- В качестве кого? - Вспыхиваю от злости.

- В качестве гостьи на время. Если ты не захочешь иначе. - Пожимает плечами, вставая из-за стола. - Едем домой. - Протягивает мне руку, и я даю её, ничего не понимая. Не понимая, злюсь ли я на него или по-настоящему восхищаюсь.

Лифт спускается так же бесшумно, как и поднимался, только теперь город не кажется далёким и безобидным — он будто надвигается, ждёт, чтобы снова накинуться на меня своими шумами, толпами, чужими ожиданиями.

Двери лифта раскрываются, и нас встречает прохлада вестибюля и тихий кивок охранника. Карим чуть придерживает меня за локоть — не сильно, просто чтобы я не споткнулась о порог, которого нет.

У выхода уже ждёт машина, водитель открывает дверь, и я сажусь, чувствуя, как реальность снова берёт меня в оборот. Карим садится рядом, не пытается заполнить тишину разговорами. Просто сидит, будто даёт мне время переварить всё это: завтрак, его слова, обещание про сестру, эту странную, пугающую заботу.

- Если ты сделаешь ей больно, - говорю вдруг, не поворачиваясь, - если хоть один человек рядом с тобой заставит её чувствовать себя плохо...

- Если ты будешь рядом со мной, всё будет отлично. Я хочу тебя в своё полное владение, Мальвинка. Это моя навязчивая идея. Гештальт, который необходимо закрыть. И если ты его закроешь — твоя сестра будет жить как королева. Всё, что захочешь.